Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
бумаг.
— Неужели правда? — Пришло время удивляться ему.
Гиммлер коротко кивнул.
— Что вы предлагаете предпринять?
Гиммлер передвинул папку, лежавшую перед ним, задумался, не спеша с ответом. Посетитель ждал. Наконец он решился.
— Я думаю, что этих данных вполне достаточно для доклада фюреру. Если не из моих документов, там всё-таки больше догадки и предположения, то из ваших. Материал хорошо проработан, да и доказательную базу можно получить довольно быстро. Но без санкции фюрера никого из фигурантов дела мы арестовать не сможем.
Гейдрих задумчиво склонил голову, опять принялся отбивать ритм.
— Рейхсфюрер, можно говорить с вами откровенно? — Наконец решился он.
Гиммлер удивлённо посмотрел на него. За главой СД никогда не наблюдался такой грех как нерешительность в принятии важных решений, скорее его даже приходилось сдерживать в особо важных случаях, да и не важных тоже. Чего же он опасается сейчас?
— Рано или поздно, но это решение придётся принимать. — Гейдрих кивнул на принесённую им папку. — Фюрер стал допускать слишком много ошибок, которые дорого обходятся Германии.
Гиммлер ждал продолжения, не отводя взгляда от своего заместителя.
Гейдрих внутренне усмехнулся. Наверняка, в одном из дальних углов сейфа лежит ещё одна папка с вариантом решения этого же вопроса, но силами СС.
— Я уверен, что для рейха и партии будет предпочтительнее, если фюрер погибнет от рук подлых заговорщиков, а не будет пристрелен товарищами по партии как бешеная собака. — Отчеканил глава СД.
Гиммлер, ожидавший чего-либо подобного, даже испугался столь резкой формулировки. Гейдрих как всегда верен себе, но главное, то — чего от него и хотели — он сделал. Показал себя инициатором такого решения вопроса. Гиммлер опустил взгляд в стол, опасаясь выдать свои мысли. Гейдрих слишком умён для попытки примитивно обмануть его. Придётся поиграть в негодование и возмущение.
— Гейдрих, вы понимаете, что то, что вы сейчас сказали, является государственной изменой.
Гейдрих пожал плечами. Конечно государственная измена, но как бы ни старался его начальник изображать возмущение и гнев, ясно видно, что такое решение вопроса его вполне устраивает.
— Рейхсфюрер, кем вам лучше быть — узурпатором, предавшем доверие своего вождя, или спасителем рейха, отомстившем за его смерть мерзким предателям?
— Гейдрих, вы так это говорите, будто это событие уже произошло?
Гейдрих задумчиво пробарабанил пальцами завершение своего мотива и продолжил:
— Есть риск, что если мы будем ждать, то можем оказаться не тем и не другим, а безымянными трупами в сточной канаве. А мне этого не хочется! Думаю, что и вам тоже?
Гиммлер замолчал, на этот раз надолго. Наконец он решился.
— Вы думаете, что это всё-таки произойдёт?
— Думаю, что да! Если не удастся генералам. — Гейдрих кивнул на свою папку. — То может получиться у Геринга. — Он покосился на папку Гиммлера. — Или найдётся ещё кто-нибудь желающий. А вот мы можем и опоздать!
— Вы предлагаете организовать покушение на фюрера? — Гиммлер настойчиво подталкивал своего собеседника к открытому предложению.
Но тот был не так прост.
— Ни в коем случае, рейхсфюрер. — Гейдрих изобразил на лице приличествующее моменту возмущение. — Я предлагаю вам подготовиться к этому ПРИСКОРБНОМУ СОБЫТИЮ. А вот когда оно произойдёт, немедленно отреагировать и наказать подлых заговорщиков, в этот тяжкий момент нанёсших удар в спину рейха. — Глава СД позволил себе лёгкую усмешку. — Но ни каким образом не предпринимать таких попыток самим.
Теперь Гиммлер рассматривал своего помощника с удивлением. От прямолинейного Гейдриха таких иезуитских решений он, откровенно говоря, не ожидал. Но совет стоил того, чтобы рассмотреть его внимательнее. С одной стороны он не совершит преступления, которое ему действительно не хочется делать. С другой появляется вполне реальный шанс сместить Гитлера, причём чужими руками. И желательно чтобы этот кто-то был из своих, тогда будет больше разброда в партии. И можно будет устроить ещё одну «ночь длинных ножей», вычистив из государственных структур неугодных ему людей. А если при этом исчезнут наиболее информированные соратники, то будет ещё лучше.
Но остается ещё очень много вопросов. Фюрер действительно совершил много ошибок. Прежде всего, ввязавшись в войну на два фронта. Конечно, реального противодействия на Западе и раньше было немного, а теперь оно вообще сведено к минимуму. Но негодяй Черчилль не спешит сделать выводы из сложившейся ситуации. Мерзавец прекрасно понимает, что в данной ситуации он в любом случае останется в
