Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
к столу заседаний.
— В генеральном штабе считают, что наилучшей кандидатурой на данное место будет генерал Конев. — Ответил маршал Шапошников, пользуясь привилегией возраста, не вставая с места. — Тем более, что активных боевых действий на юге в ближайшее время мы не планируем.
— Его же кем-то заменить надо? — Проворчал Ворошилов.
— По моему мнению, это вполне может сделать генерал Петров, неплохо проявивший себя при взятии Болгарии. — Борис Михайлович поправил пенсне. — Тем более, что в Югославии и природные условия сходные, и точно так же нет сплошной линии обороны.
— Что со сроками наступления в Польше? — Спросил Сталин.
— Придётся их перенести хотя бы дней на десять, пока новый командующий не возьмёт управление в свои руки. — Ответил Шапошников. — Тем более, что главная задача нашего отступления в Польше достигнута. Клюге выбрался из крепостей и бастионов Восточной Пруссии в чистое поле, а на открытой местности у нас подавляющее превосходство.
— А если он успеет за эти десять дней обратно убраться? — Усомнился Ворошилов.
— Он, может быть, и отвёл бы войска, да из Берлина не дадут. — Отмёл его возражения Василевский.
— Хорошо, в Польше наступление перенесём на десять дней. — Согласился с доводами генералов Сталин. — А что у нас в Словакии?
— Достигнута договорённость, что часть словацких войск выступит на нашей стороне. — В очередной раз поднялся генерал Голиков. — Остальные, по крайней мере, не будут вмешиваться, пока мы будем разбираться с немцами.
— Приди, дядя, спаси меня! А я, в благодарность, тебе в спину стрелять не буду. — Проворчал генерал Абакумов. — Везде в этой поганой Европе одно и тоже!
— Культура, твою мать! — Поддержал его Ворошилов. — Нам сиволапым не понять!
Сталин покачал головой в ответ на эти высказывания, но от комментариев воздержался.
— Для поддержки действий наших союзников и убеждения сомневающихся выделен третий воздушно-десантный корпус генерала Глазунова. В ближайшие дни в центральной и западной Словакии будут десантированы батальоны пятой воздушно-десантной бригады полковника Родимцева, которые должны будут подготовить условия для высадки остальных бригад корпуса. Если первоначальный успех будет достигнут, то мы введём в дело 35 армию генерала Клыкова, а также механизированный и танковый корпус, находящиеся в восточной Словакии. Это позволит нам не только освободить Словакию от немцев, но и выйти в тыл германской группировке в Силезии. — Голиков посмотрел на Шапошникова. — Но об этом лучше расскажет начальник генерального штаба.
— Борис Михайлович, что считает нужным предпринять генеральный штаб в случае развития успеха в центральной Словакии.
— Как уже сказал генерал Голиков, мы можем ввести в бой 35 армию. После прорыва обороны, хотя сплошной линии обороны немцы там не имеют, вводим десятый танковый корпус генерала Вольского, а также двадцать девятый механизированный корпус генерала Ермолаева. Одновременно с этим, или чуть позже, что будет зависеть от успехов Западного фронта, нанесёт удар севернее Кракова первая танковая армия генерала Катукова в направлении на Бреслау. В случае успеха на Западном направлении в прорыв будут введены седьмой танковый корпус генерала Черняховского и третий танковый корпус генерала Кравченко. Основной задачей данных соединений будет отсечение немецкой группировки в Польше от Восточной Пруссии с дальнейшим выходом к Данцингу. Затем перейдут в наступление и другие армии Западного и Центрального фронтов. Спустя некоторое время к ним присоединится Прибалтийский.
— А Варшава? — Поинтересовался Ворошилов.
— А зачем она нам? — Ответил Василевский. — После двух штурмов, нашего и немецкого, от города практически ничего не осталось. Вряд ли немцы захотят цепляться за эти развалины. Да и если не отойдут, то пусть сидят там до посинения. Достаточно заблокировать польскую столицу и отправляться дальше. Нам даже выгодно, чтобы их там осталось, как можно больше.
— Мы сейчас не можем дать точную привязку по датам, так как неясны сроки готовности Западного фронта, из-за смены командования. — Продолжил Шапошников. — Но ориентировочно, операция в Словакии начнётся дня через три, а в Польше дней через восемь-десять. В Восточной Пруссии ещё на неделю позже, когда окончательно станет ясен результат боёв в центральной и северной Польше. Ещё на неделю позже войска Юго-западного фронта начнут наступление в Югославии. Если турецкое правительство решится на нападение на нас, то перейдет в наступление и Южный фронт, поддержанный болгарской армией, в направлении на Стамбул и Афины.
— Сдюжим ли? — Засомневался Ворошилов. — Уж больно много
