Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
тренировками суета. Отыскивали своих бойцов командиры подразделений. Стаскивали обнаруженные в окрестностях тюки и контейнеры, сброшенные на отдельных парашютах. Сортировали их по принадлежности. Что-то кричали командиры взводов, радуясь, что не пришлось с ходу вступать в бой.
Где-то вдалеке загудели в небе двигатели самолётов второй волны. Засуетились словаки, потащили к почти погасшим кострам новые вязанки хвороста. Майор отдал команду и бойцы первой роты оттянулись к опушке ближайшей рощи. Не стоило мешать высадке своих товарищей.
Вскоре, в уже светлом небе показались ТБ-3, составляющие вторую волну выброски. Запестрели в небе купола парашютов. Пошла вниз вторая рота его батальона. Майор Маргелов отправил на место высадки командира первой роты капитана Сивцова, основной задачей которого было не допустить перемешивания взводов и рот батальона между собой.
Пока всё шло по плану. Что не могло не радовать!
Прибежал политрук Иваненко с радостным сообщением, что найденная словаками площадка действительно позволяет приземлять тяжёлые транспорты.
Майор Маргелов отдал приказ радистам сообщить об этом командованию.
Вторая рота приземлялась практически в том же месте, что и первая. Узнав, где находится командование, прибежал командир второй роты капитан Морозов. Отрапортовал, уяснил задачу, помчался собирать свои взводы, разброшенные ветром по ближайшим окрестностям.
Высадка была успешно выполнена процентов на шестьдесят, а то и больше, так как никто не ожидал, что столь свободно пройдёт операция такого масштаба. Но благодаря помощи, оказанной словацкими коммунистами, всё удалось.
Стоило посочувствовать гитлеровским офицерам, которые должны были найти оправдание своим промахам.
Вероятнее всего, кто-то из немецкого командования в данный момент торопливо придумывал оправдание своим нерасторопным действиям. Кто-то искал виноватых среди ближайших сослуживцев. Кто-то старательно преувеличивал силы противостоящих войск Красной армии. Кто-то, а вернее большинство, спешно собирал чемоданы, торопясь ускользнуть из намечающегося котла окружения. После вчерашнего прорыва линии фронта и введения в бой подвижных соединений группировки Красной Армии, расположенной в Восточной Словакии, никаких сомнений в исходе боёв в центральной части страны у немецкого командования не оставалось. Танковый и механизированный корпуса советских войск наносили удары по расходящимся направлениям, стараясь захватить всё важные дороги и населённые пункты. Первый кавкорпус Белова, переброшенный из Польши незадолго до начала операции, устремился на запад, используя те дороги, которые для танков не очень удобны. Ибо дороги бывают разные. Они могут, как известно, течь широкими полосами среди городов и просёлков, а могут извиваться незаметными тропками в глухих лесах и горах. И все их перекрыть невозможно!
Так что шанс уйти у немецких войск был. И большой шанс. Впрочем серьёзной опасности для советских войск части вермахта, находящиеся в центральной Словакии, не представляли. Но на западе страны противник был более серьёзный. И если немецкие дивизии, стоящие вокруг Братиславы, сумеют оседлать дороги, выходящие из гор центральной части страны на дунайские равнины, то прорывающимся частям придётся умыться кровью.
Для захвата дорог, мостов и перевалов и выбрасывают десантные батальоны их третьего воздушно-десантного корпуса. Его батальон первым из 212 воздушно-десантной бригады полковника Затевахина, выбрасываемой по широкой дуге на пути отхода немецких войск. Хотя пятую бригаду корпуса выбросили почти двое суток назад. Но ей повезло высаживаться на территории, контролируемой единственной воинской частью словацкой армии, в полном составе перешедшей на сторону РККА. Так, что бойцам полковника Родимцева пришлось не воевать, а «гостевать», сочетая демонстрацию силы нового, для словаков, союзника с попытками местного населения от широты души споить бойцов десантной бригады.
Кстати, стоило вспомнить об этой особенности гостеприимства в первую очередь.
Майор отыскал замполита батальона старшего политрука Вайсмана. Тот уже привычно занимался своей основной деятельностью, отдавая последние наставления замполитам рот. Одним из последних приказов Ставки политруки и комиссары в войсках переводились на должности заместителей по политической части, окончательно утверждая единоначалие в войсковых частях, вплоть до армейского звена. Более высокопоставленных политработников этот приказ не касался, давая им время доказать свою необходимость.
— Ефим Семенович! — Подозвал комбат замполита.
