Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
раз только работа их «шестистволки» останавливала почти прорвавшихся солдат противника. Устоять под таким шквальным огнём не могли даже солдаты с боевым опытом Польши и Пруссии, ну а тем более переброшенные с запада, из Франции и Бельгии.
Плохо то, что и от их усиленного взвода остались только «рожки да ножки». Из танкового взвода уцелела только одна из тридцатьчетвёрок их полосы обороны. Бывшая на той стороне машина глупо бросилась в атаку и была подбита противотанковыми гранатами. Вообще, с той стороны моста оборона сразу дала трещину, хотя и штурмовала позиции мотострелкового взвода обычная пехтура тылового гарнизона Вермахта. Пришлось усиливать их отделением Левашова, который, в конце концов, сумел восстановить там порядок и отбросить противника от моста. Пришлось ему для этого подключить к «делам земным» самоходную зенитку, сознательно жертвуя ей. Оттого она и не пережила налёт немецких пикировщиков, последовавший за этим. Хотя, свои жизни ребята продали незадёшево! Поняв, что их расположение авиации противника известно, они открыли непрерывный огонь на «расплав стволов». И сумели ссадить с небес на грешную землю три из девяти «Штук» противника. Оставшейся с этой стороны моста зенитке достаточно было сбить ещё одного, чтобы уцелевшие пилоты противника сбросили бомбы куда-нибудь и сбежали.
Вся эта война стремительно превращалась в испытание нервов. Кто первый сломался, тот и проиграл.
Помня об этом, противники старательно упирались в земную твердь, укладывали в землю многие тысячи бойцов, и солдат, ожидая, что враг всё-таки сломается и побежит.
Пока не получалось. Ни у Вермахта, ни у Красной Армии.
— Равиль! — Пашка окликнул бойца своего прикрытия, дождался когда тот подберётся ближе. — Сбегай в блиндаж. Узнай, остались ли у них патроны для ДШК. Если есть, выпроси хоть десяток.
Усманов согласно кивнул головой и двинулся по полуразрушенному переходу в сторону блиндажа.
А откатившиеся было немецкие солдаты опять пошли вперёд. Они дошли до середины нейтралки, когда среди них стали подниматься большие фонтаны разрывов. Стодвадцати-миллиметровые мины самоходных миномётов были последним аргументом их линии обороны. Жаль, что боеприпасов к ним было мало и командир использовал их только в случае крайней необходимости.
Павел насчитал восемь разрывов. Ну вот и всё. Капитан решился потратить последние мины. Немецких солдат на этот раз остановили, но миномёты теперь превратились в бесполезный груз.
Вскоре в траншее замелькала фигура Усманова.
— Ну что, есть? — Встретил его вопросом напарник Павла Панкратов.
— Есть. — Равиль протянул старшине вещмешок. — Штук двадцать.
— Тогда повоюем! — Андрей переключился на осмотр поля боя, выискивая цель.
Но целей не было. Немцы чего-то ждали.
Неожиданно в их окоп заскочил сам капитан.
— Товарищ капитан… — Начал было доклад Павел, но командир резким движением прервал его.
— Старшина, собирай свои вещи и отходи к мосту. Сейчас на ту сторону прорываться будем. — Капитан вытер пот, стекающий по закопчённому лбу. — До темноты мы здесь не удержимся. Сомнут.
Пашка согласно кивнул. И без разъяснений командира было ясно, что ещё одной атаки им не выдержать. Мин нет, у танка снаряды почти закончились, патроны на исходе. А немцы всё подходят и подходят. Переоценил их взвод свои возможности.
— Усманов, а ты давай к раненым. — Продолжил раздавать свои приказания командир. — Прихвати всех, кого по дороге встретишь. Подгоняйте БТРы из под моста и грузите всех. Как окажетесь на той стороне, взрывайте мост. — Капитан протёр глаза и добавил. — Диск у тебя запасной есть? Дай, а то у меня один остался.
Равиль протянул командиру диск к ППШ и заспешил выполнять приказание.
Панкратов уже упаковал своё оборудование, переставил первую «Гюрзу» так, чтобы удобнее было её перехватить, и посмотрел на старшину.
— Товарищ капитан, а вы как? — Пашка выдавил из себя мучавший его вопрос.
— Должен же кто-то отход прикрывать. — Устало бросил командир, пристраивая свой автомат на бруствере.
— Тогда и мы не пойдём! — Решился Павел.
— Не дури, Чеканов. — Капитан внимательно посмотрел на старшину. — Таких снайперов, как ты с Панкратовым, не один год готовить нужно.
— Тут все такие спецы, что не один год готовить надо. — Попытался возразить Пашка.
— Старшина, это приказ… — Капитан попытался добавить в голос начальственной интонации, но остановился. — Надо так, Паша. Уходи. И не хорони меня раньше времени…
Павел окинул взглядом отвернувшегося капитана, хотел найти новые причины остаться, но понял, что в данный момент это
