Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
за редчайшим исключением, выперли со всех «лакомых» профессий.
Но Советский Союз в чём обвинять? В том, что восемьдесят процентов ленинского и последующих советских правительств двадцатых-тридцатых годов состояло из евреев. В чём тут антисемитизм? В том, что оставались незанятыми остальные двадцать процентов?
Сталин, конечно, проредил управленческий аппарат от сынов израилевых, пустил в расход самых одиозных личностей. Но основная часть евреев осталась на своих местах, а то и на повышение попёрла. А попавшие под чистку виноваты сами — наглеть надо меньше.
Андрей с усилием прервал свои мысли. Нужно слушать выступления, а то спросит вождь что-нибудь из сообщённого сегодня, а ты «ни ухом, ни рылом» о чём рассказывали товарищи-докладчики.
А Устинов перешёл к делам небесным. С самолётами та же песня, что и с артиллерией. Машин выпущено достаточно, не хватает лётчиков. Военные училища не справляются со стопроцентным восполнением потерь. Радует то, что у противника дела ещё хуже. Запас опытных пилотов и у него не бесконечный. Всё чаще в небе оказываются кое-как обученные мальчишки, коих наши воздушные волки с превеликим удовольствием кушают. Небо удерживает опытный костяк, причём как с нашей стороны, так со стороны Люфтваффе.
Флотские дела были не столь радужными. По решению ГКО заморожено строительство всех крупных кораблей. Верфи судостроительных заводов заняты только ремонтом крупных боевых единиц, да переоборудованием гражданских кораблей во вспомогательные военные суда. Продолжается производство подводных лодок, торпедных катеров, тральщиков, бронекатеров для речных флотилий. Государство сознательно решило не лезть на морские просторы, сосредоточив основные усилия в прибрежной полосе и акваториях рек и озёр.
Вполне разумно. Во времена Андрея всё решилось на суше и в прибрежной полосе, а тяжёлые корабли флота так и простояли бесполезным балластом у причальных стенок. За исключением крейсеров Черноморского флота. Здесь они намного активнее, но вряд ли морские сражения смогут решить исход войны. Силы несопоставимы даже с немецкими Кригсмарине. И не дай бог, придётся столкнуться с эскадрами английского Гранд Флита. Этого зверя в родной стихии не возьмёшь, его, как сказочного водяного, на сушу надо вытащить.
На смену Устинову пришёл заместитель председателя Совнаркома Булганин. Экономика основа государства, а для воюющей страны бесперебойное функционирование экономических механизмов — вопрос жизни или смерти. Хотя в этих вопросах Андрей смыслил не больше, чем в юридической казуистике. Кое-что, естественно, мог понять даже он, но только самые общие выводы. К его облегчению, напрягать мозги не пришлось. Вопросы и освещались самые общие.
Нефть — кровь войны. В волго-камском регионе вышла на проектную мощность добыча нефти. Страна избавилась от пагубной зависимости сосредоточения нефтяной промышленности только в кавказском регионе, достижимом для бомбардировщиков вероятного противника. Не немцев, разумеется, а британцев, у которых есть возможность дотянуться до Баку и Грозного из Ирака.
Оборудование для новых нефтепромыслов, не особо мудрствуя, поснимали с Бакинских. Специалистов и рабочих вывезли оттуда же. Хорошо, что успели всё это совершить до начала войны, избежав многочисленных трудностей перевозки оборудования по забитым военными эшелонами дорогам воюющей страны.
Чугуна и стали произвели столько, сколько и требуется. Нужна медь, добыча руды и выплавка металла не поспевают за аппетитами оборонной промышленности. Проблему можно частично решить сбором медных бытовых предметов у населения, нужно провести соответствующую разъяснительную компанию. Но необходимо и конструкторам с инженерами объяснить всю серьёзность ситуации, а то они привыкли даже дверные ручки из дефицитной меди штамповать. Им главное технологичность, а не экономия.
Андрей записал очередную заметку в свой блокнот. Нужно зарезервировать несколько тонн меди для своего института, а то придётся самолично медные вещи собирать, как Муссолини в своё время пришлось передать в переплавку собственные бюсты. И ещё раз вдолбить своим инженерам понятие о разумной экономии. Он до сих пор с содроганием вспоминает первую установку сварганенную в их институте год назад. Соединительные провода почти в полпальца толщиной, стограммовые контактные группы, такое ощущение что высоковольтный шкаф проектировали, а не вычислительную машину.
Ещё одной чрезвычайно важной проблемой стал алюминий. Крылатый металл оборонка поглощает с не меньшей быстротой, чем медь. Внутренние запасы практически исчерпаны, пришлось покупать в САСШ.
