Когда нас в бой пошлeт товарищ Сталин…Жанр — ‘попаданец’ от антисиониста. Лаврентий, ты понимаешь, что мы с тобой дураки, если хотя бы слово из этого, — Сталин показал на папку, которую он до этого читал, — попадет к кому-нибудь кроме нас с тобой. Коба, я этого не допущу, — сказал Берия и успокоился, гроза прошла. Устранить объект и наиболее информированных из тех, кто читал протокол допроса, большого труда не представляло.
Авторы: Чекоданов Сергей Иванович
разламывающую полутонку огненной вспышкой. Взрыв взметнул сложенные пирамидой бомбы, которые начали рваться уже в воздухе. Если ад, обещанный попами, существует, то он, наверняка, не отличается от того, что творилось в этой части аэродрома. Взрывом разметало догорающие бензовозы. Сложило бесформенной грудой металла две «штуки» и бомбер, на свою беду севшие как раз вовремя, чтобы попасть под взрыв. Снесло взрывной волной крышу вовсю полыхавшего штаба. Сдетонировали лежащие неподалeку сотки и более мелкие бомбы. Тучи пыли, поднятые многочисленными взрывами, окончательно закрыли дальнюю границу лeтного поля.
Павел запоздало подумал о своих бойцах. Не попали ли под взрыв, хоть и отдал он строжайший приказ не подходить к бомбам близко, после того, как определил их в возможные цели. Но могли увлечься и оказаться ближе чем следовало.
А в небе хоровод охотящихся друг за другом самолeтов разделился на несколько групп. Вспыхивали от попаданий в разных сторонах этой чeртовой карусели и, отчаянно дымя, пытались выйти из боя машины тех, кому не повезло. Висело в воздухе несколько парашютов. Всe ещe пытались садиться самые смелые, или же наоборот самые трусливые, кто его разберeт, как правильно вести себя в данной ситуации. Снижаясь они скрывались за поднятым облаком пыли. Учитывая длину взлeтной полосы, был у них вполне реальный шанс спастись, остановив машины не доезжая до рвущихся в данный момент бомб. И они пытались его использовать.
Но вот из-за близкого горизонта показались новые участники драмы. Группа Илов, мгновенно сориентировавшись в обстановке и почти не перестраиваясь, немедленно начала штурмовку аэродрома. Вспыхнула в воздухе, попавшая под огонь штурмовиков, пара бомберов. Метнулась в сторону от огненных трас и, зацепившись за высокое дерево, рухнула в лес «штука». Илы прошли вдоль взлeтного поля, вбивая в него всех, кому не повезло оказаться на их пути. Развернулись, совершили ещe один заход и высыпали на аэродром бомбы, добивая остатки того, что ещe могло жить и двигаться. Пара машин проштурмовала позиции зениток, пытавшихся вести огонь. Совершив над аэродромом круг и не обнаружив достойных целей, штурмовики ушли дальше.
Павел отложил бинокль. Ну что же, им здесь больше делать нечего. К использованию по прямому назначению аэродром более не пригоден.
— Собирайся, Андрюха, пора уходить, тут делать больше нечего. — Повернулся он к Панкратову. Тот кивнул, собрал свои вещи и протянул Павлу ракетницу.
Зелeная ракета взвилась над разгромленным аэродромом, сигнализируя о начале отхода.
К месту сбора вышли все. Было двое легко раненых, но настолько легко, что можно было данные ранения не считать. Командиры штурмовой и группы прикрытия доложили Павлу как старшему о своих действиях. Сделанное просто впечатляло. Даже если немцам удастся подвести горючее и бомбы, обслуживать аэродром просто некому. Весь штаб уничтожен первыми связками гранат. Перебита обслуга обеих радиостанций, а сами машины сожжены. Пулемeтный расчeт группы прикрытия расстрелял почти всю аэродромную обслугу. Взорвавшиеся после выстрела Павла бомбы разметали большую часть служебных построек. Уцелеть удалось только зенитным расчeтам, позиции которых находились далеко от места боя.
Самые горячие головы предлагали вернуться обратно и завершить работу, добив тех кто ещe жив. Но Павел быстро охладил их. Внезапности, так помогшей им, больше не будет. Оправившись от первого испуга, солдаты вермахта станут злее и упорнее. Несомненно, оставшиеся в живых офицеры уже поняли, что подверглись нападению небольшой диверсионной группы, сумели сделать из этого выводы, и отдать соответствующие команды.
И самое главное — приказа на это не было!
Павел даже сам себе удивился, когда сказал это. Душа его не меньше чем у подчинeнных рвалась довершить начатое дело, но холодный рассудок опять настойчиво бубнил, что он теперь не просто «Пашка счастливчик», как звали его на той, первой, войне, а командир группы. И думать нужно прежде всего о задании, а не о том, как свою лихость проявить.
Уловив вдруг наступившую тишину, Павел начал отдавать приказы. Снайперов и двух раненых, несмотря на их протесты, он расположил вдоль опушки леса, наблюдать за аэродромом и проходящей вдоль опушки дорогой. Себе выбрал позицию на самом возвышенном месте, позволявшем контролировать большую часть округи. Оставшихся четырeх человек отправил проверить ту часть леса, куда по его наблюдениям спускались парашюты сбитых лeтчиков. Наверняка, среди них были и свои.
Следующие два часа на разгромленном аэродроме оставшиеся в живых офицеры и солдаты были заняты тушением пожаров и оказанием помощи раненым. Павел в свой мощный
