простого факта, на мгновение остановило моё сердце от страха! Впервые я обрадовался, что она с драконом.
Рина не послушалась! Убью эту девчонку! Сначала поубиваю всех этих мразей, потом убью её! Нежить нападала и действовала инстинктивно, а вот орки атаковали четко отработанной тактикой. Мне они не страшны, хотя всё зависит от количества, даже самый опытный и сильный воин устает, но если такое и начнется, то перекинусь во вторую сущность, тогда уже никто не выживет. Скользя сквозь противников, я приближался к Рине, краем глаза уловив аналогичные действия дракона. В нос ударил резкий запах крови, не той, которая была вокруг с запахом смерти и гнили, этот аромат принадлежал Рине, только её кровь так вкусно пахла. Рина! Ранена!
— Им нужна Рина! — мы с драконом резко развернулись на крик вампира. — Это засада! Тут магия не действует!
Я попытался создать сферу, но не вышло, действительно, кто-то очень хорошо подготовился.
— НЕТ! — я обернулся на крик Рины, она упала на колени перед Тансу, которого ранили в живот, Рина держала ракутр отбивая удар, но раненая рука слабела, орки сильней её, я метнулся к ней, как меня и всех окружающих снесла темная волна смерти.
— Что это? — Кор вылез из под тел.
— Запретная магия! — прошипел я.
— Тут где-то должен быть артефакт, который блокирует нашу силу.
— Мы это поняли!
Тансу еле дышал, удар пришелся прямо в живот, а я скалившись, как акула, из последних сил отбивалась от орков, злость и страх за друзей окутывали моё сердце. Надо им помочь! Я глянула в запуганные, красные от слез глаза ребенка, он и так слишком много пережил и дать ему умереть, я не позволю! Тогда же на корабле я смогла, я уничтожила ту тварь, этот огонь, я чувствовала его внутри себя, так почему сейчас вместо него меня окутывает злоба и холод! Холод? Но мне не холодно… так от куда? Знаю! Это злость внутри меня и есть сила, этот холод и есть сила! Отбив один удар, я на секунду закрыла глаза, выпуская силу, выпуская злость, выпуская что-то внутри меня на ружу, понимая, что мой разум уходит на второй план и единственная цель — спасти. Отголоски происходящего… словно я в туннеле, доносились до меня издалека, тело как будто действовало под контролем такого неземного и такого родного нечто…
Рина откинула от себя орков, как ребенок кидает надоевшую игрушку, тут её аура замерцала и яркими всполохами озарила всё вокруг, казалось, у неё светится сама кожа, Рина светилась изнутри. Я не видел более прекрасного существа. Она взмахом руки создала ледяной барьер, пряча эльфенка, вокруг неё все покрылось инеем, Рина чуть оскалилась и раскрыла глаза. Я задохнулся от увиденного! Глаза… какие прекрасные, непокорные глаза. Вся радужка переливалась золотом с мерцающими ледяными крапинками! Рина раскрыла руки и как будто из её кожи, из её сияющей ауры выросли ледяные иглы и она волной кинула их в орков.
Она поражала своей красотой и силой, я бы никогда не поверил, если бы не видел сам! Рина светилась, как солнце! Пуская ледяными, смертельными иглами в нападающих, она защищала эльфенка, своих друзей. Такая сильная и такая слабая!
Вокруг Рины заиграло пламя льда, окутало свою хозяйку и она чуть оскалившись что-то прошипела, смотря в даль. Мы развернулись и увидели темную фигуру, которая что-то также прошипела в ответ Рине, махнула рукой и орки стали отступать, а Рина вскинула руки и из неё буквально вырвался поток ледяного пламени, за считанные мгновения уничтожая всю нечисть вокруг, но не причиняя вреда своим.
Я с демоном кинулись на черную фигуру, но она уже исчезла, так и не оставив даже магического следа.
Прошипев про себя я обернулся к Рине. Волосы девушки колыхались от ледяной волны силы исходящей от неё, она закрыла глаза и поток силы окутавший её испарился. Я подхватил её в тот момент, как её волосы коснулись земли. Она была без чувств.
— Рина! — я впервые испугался и что-то внутри меня кольнуло нестерпимой болью, я боялся, что потеряю свою девочку навсегда. — Рина!
— Она отравлена, — эльфенок подошел к девушке и приложил к ней руку, — её отравила та нежить, — он пальцем показал на мертвую тушу животного.
— Почему именно она? — спросил дракон, гладя Рину по голове, я оскалился, но не стал возражать, сейчас я его понимаю, сейчас я чувствую и его страх, он также боится её потерять. — ведь их здесь много и они никого не отравили.
— Он был один такой, — мальчик пожал худыми плечами, — ему нужна была только Рина.
— Кто ему приказал это сделать? Ты видел его душу? Кто это был?
