Иногда задумываешься: «А что такое чудо?» Черт и ангел на кухне — это чудо. Для нас чудо. И для старшего лейтенанта Александра Найденова — тоже чудо. А стратосферный истребитель? Это не чудо — это машина такая, обыденная и привычная, как автомат «калашникова».
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
человека! Ура! Правда, затраченных усилий с лихвой достало бы, чтобы собрать-разобрать носовую стойку шасси истребителя или протолкать легковушку эдак с километр — но всё же в занятиях наметился определённый прогресс. Как там сказал тот астронавт — маленький шаг для одного человека, но огромный скачок для всего человечества?
С другой стороны, Тиль просто беззастенчиво потешалась над багровым от натуги здоровенным доном. Ну да, ей проще, малявке, с её-то способностями — вон как её пёрышко порхает по всей комнате. И всё же, и всё же… стоило теперь признать откровенно, что магия вовсе не шарлатанство на потеху толпе и не жуткие обряды на полночных кладбищах. А следовательно, стоило круто пересмотреть прежние взгляды — колдовство вовсе не миф.
Реальность, суровая и неприглядная реальность. Правда, как весьма быстро выяснилось, со своими правилами и ограничениями. Например, закона сохранения энергии и массы, так лихо сформулированного незабвенным Михайлой Ломоносовым «ежели в одном месте чего убудет…», никто не отменял — просто к химической, электрической и прочим видам энергии добавилась и магическая.
«Ну и что с того?» — подумал старлей в каком-то весёлом и злом азарте. — «Мир перевернулся, что ли?»
Он огляделся. Да нет, вон он мир, стоит себе вокруг, такой же настоящий и реальный как прежде. Выпал снег, и в деревне пришла пора свадеб, например. А поскольку мастер Пенн вроде как исполняет обязанности здешнего лорда, то без его присутствия и отеческого благословения такие мероприятия, естественно, не проходят. И коль скоро здешние крестьяне горазды и работать, и гулять, то неудивительно, что едва проспавшийся после вчерашнего взъерошенный колдун с утра находился в откровенно раздражённом состоянии…
– Я спрашиваю — кто разбил мою любимую чашку? — лохматые брови старика угрожающе сошлись на переносице.
Высунув нос из толстенного фолианта, Тиль украдкой покосилась под стол. Флисси тут же состроил виноватую мордашку и жестами изобразил — дескать, ночью вымыл, да вот потом до посудной полки не дотянулся. А подлая чашка возьми да и выскользни из лапок…
– Да что за кавардак в доме творится? — голос вставшего не с той ноги колдуна уже стал опасно накаляться.
И тут девчушка елейным голоском поинтересовалась:
– Мастер Пенн, вы с утра колбасу ели?
Тот запнулся, миг-другой соображая. Зачем-то ухватился за животик, прислушался. Снова недоумённо воззрился на свою ученицу.
– Э-э, не помню. А к чему ты это про колбасу спросила? — во взгляде старика мелькнуло подозрение.
– Да так, — Тиль снова уткнулась в учебник. — Чтобы вы в себя пришли немного…
Несколько секунд царила напряжённая тишина, в течение которой Александр и обретающаяся подле него Лючике тихо давились со смеху, домовёнок в ужасе закрыл глаза и ушки лапками, а почтенный колдун то краснел, то бледнел попеременно.
– Ишь, умница выискалась… — пробурчал он, но даже отсюда, от стола было заметно, что старик улыбнулся. — Грамотно отвлекла, ничего не скажешь!
Наутро после теперь кажущихся просто кошмарным сном событий, когда Александр со своей ведьмой гуляли по первому снежку, всем естеством впитывая ни с чем не сравнимую чистоту и прелесть, до хмельной одури целуясь под величавой исполинской елью, их в Лесу и нашёл мастер Пенн.
Деликатно покашляв издали, старикан некоторое время помялся, разглядывая разрумянившиеся то ли от мороза, то ли ещё от чего лица, а затем заявил напрямик.
– Да оставайтесь на зиму, дон Александр и донья Лючике. Куда теперь, по снегу-то…
Получив вдобавок заверения, что его они нисколько не стеснят, и заниматься надо всем троим. Да и самому мастеру Пенну тоже, пришедшему в неистовый восторг после мимолётной фразы старлея «угол падения равен углу отражения». Опять же, давно таких хороших гостей дом не видал. И вообще, и в частности…
Переглянувшись, влюблённая парочка согласилась, что спешить им решительно некуда. Да и гостеприимство почтенного чародея не только весьма кстати, но и очень по душе им, соскучившимся по хорошим людям.
И вот Александр, добавив к фехтовальным упражнениям и учёбе ещё и уроки магии, вполголоса поинтересовался у тут же подлетевшего Гана (Бену для отличия повязали на хвостик зелёную ниточку бантиком, а братцу жёлтую):
– Эй, а керамика-фарфор для вас очень трудно?
Маленький бесёнок пожал плечиками и заверил — ничуть, хозяин! Мало того, есть лишний повод припахать духа земли, а то тот от сна и безделья скоро совсем опухнет…
На том и порешили. А посему старлей, кое-как остыв после неимоверно тяжёлой первой удачной попытки магического воздействия, вознамерился наведаться к деревенскому гончару.
