Иногда задумываешься: «А что такое чудо?» Черт и ангел на кухне — это чудо. Для нас чудо. И для старшего лейтенанта Александра Найденова — тоже чудо. А стратосферный истребитель? Это не чудо — это машина такая, обыденная и привычная, как автомат «калашникова».
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
– Перебьётесь, граф, — столь же коротко ответила Лючике. — Вы не похожи на самоубийцу, чтобы применять ко мне жёсткие методы допроса — или как тут эти пошлости у вас называется?
Вертлявая девица не утерпела и прыгнула поближе. Но всё же отвесить пощёчину, как первоначально намеревалась, не осмелилась. Лицо её на миг исказилось, и она только процедила сквозь зубы:
– Но тебе уже будет всё равно, ведьма.
Связанная Лючике перевела на неё взгляд.
– Нас с доном Александром связывают те чувства, что называют самыми нежными и возвышенными словами. Вот и подумайте сами… сила за ним нешуточная, ещё и подмога крепкая прибыла — не заставляйте их мстить. Там же все потомственные военные, и крови не убоятся.
Физиономия девицы пошла красными пятнами от злости, но она умела держать себя в руках. Оглянувшись, она поинтересовалась:
– Командир, дашь мне её минут на пять?..
Тот задумчиво пыхнул трубкой, и по лицу его лишь обострённый магией взгляд ведьмы видел нешуточную борьбу меж долгом и реальностью.
– А что за подмога?
Лючике кое-как пожала плечами и перечислила, кратко характеризуя. Брат-близнец благородного дона, такой же спец в механике и всяких смертоубийственных механизмах. Дочь-аватара одной весьма боевой богини, не страдающая глупостями вроде гуманизма или филантропии — да роботесса, которой эти заморочки чужды в принципе.
– Отставить, Стейси — похоже, эта компания нам и правда не по зубам, — наконец распорядился он, и девица с крайне недовольной мордахой неохотно отошла. — Как понимаю, банально поторговаться за вашу жизнь нам не очень-то удастся?
– В их мире давно усвоили, что нельзя торговаться с теми, кто берёт заложников, — понятное дело, следствия из сказанного саму Лючике не особенно грели, но факты вещь упрямая. — Только уничтожать, не создавая иллюзий и желания другим.
– Жестокий принцип, но весьма здравый, — нехотя признал граф. Он задумался о чём-то крепко, вздохнул. Выбил трубку в старую чашку с отколотым краем. — Ну, допустим. Захватили вы трон — и что дальше?
Молодая женщина усмехнулась. Попыталась устроиться поудобнее, но проклятая удавка на шее то и дело норовила сработать по своему прямому назначению — то есть удавить напрочь.
– Можете не поверить, граф — но лично я в королевы не мечу. Дон Александр, его брат сэр Алекс и леди Изельда Фирр — тоже. Это обговорено. Маленькое кровопускание, затем обеспечить гарантии, чтоб нас не трогали впредь — и живите тут как хотите.
– Больше всего не люблю, и честно говоря, не понимаю этаких бессребренников-идеалистов, из-за которых крови пролилось больше, чем при, на первый взгляд, самых жестоких королях и деспотах прошлого, — граф вновь обменялся непонятным взглядом с этой вертлявой головорезкой Стейси. — Но я вам, как ни странно, верю.
Ах вот оно что — Лючике пару раз улавливала от девицы еле заметные, мягкие и вкрадчивые вроде как бы дуновения воздуха. Кровожадная Стейси тоже не обделена Даром? И теперь, пользуясь временной беззащитностью куда более сильной ведьмы, проверяет её на правдивость? Несмотря на ситуацию, Лючике разобрал смех. Она сдержалась, ограничилась ухмылкой, чувствуя как болезненно и предупреждающе врезаются в тело путы.
– Любезность за любезность, граф — что там за дрянь над городом натянута?
Ага! Судя по вмиг нахмурившемуся породистому лицу графа, Лючике с первой попытки попала в цель. Однако не успел тот что-либо ответить, как ситуация в подземном помещении кардинальным образом переменилась — на сцену вступило новое лицо.
С лязгом распахнулась дверь, и в комнату вошёл высокий пожилой… да, судя по властному взгляду надменного лица и длинной фиолетовой мантии, это оказался маг. Причём, как бы не самый здешний главный — собственной персоной. Да и по всему естеству так хлестнуло омерзительно-едкой чужой аурой незаурядного носителя Дара, что Лючике вновь встревоженно заворочалась на своём столе.
– В чём дело, граф? Почему мясо ещё не в пыточной? — от неприятного скрипучего голоса ведьму бросило в дрожь.
Скотина… встретились бы мы с тобой в других условиях…
– Да вот, магистр, сняли первый допрос по горячим следам… — неохотно отозвался дворянин. Судя по всему, верховный магик не пользовался его горячим уважением.
– Глупости всё это. Сразу к палачам надо было, — убеждённо заявил тот. — Тоже мне, любитель интеллектуальных игрищ!
Он шагнул к распростёртой на столе Лючике, и та еле сдержалась — так вывернуло суставы болью от чужой, ничем не сдерживаемой магии. Вздохнула судорожно сквозь стиснутые зубы, стянула силы и волю в кулак. Выплеснула немного в ответ — уж давать сдачи это первое дело.
Магик отлетел
