Иногда задумываешься: «А что такое чудо?» Черт и ангел на кухне — это чудо. Для нас чудо. И для старшего лейтенанта Александра Найденова — тоже чудо. А стратосферный истребитель? Это не чудо — это машина такая, обыденная и привычная, как автомат «калашникова».
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
не без удовольствия утонул в кресле. Ибо ноги таки подрагивали после всех этих подвигов, достойных Геракла интеллекта. Потянувшись рукой, он нацедил себе здешнего пойла. И не обнаружив в организме решительно никакого отвращения к вкусно отдающему апельсином шипучему прохладному напитку, залил в себя на пробу полстакана. Ну, лимонад он и в Африке лимонад — почти как родная Фанта.
– Может, как-то сядем, чтобы я всех видел? — буркнул он и с удовольствием выпил ещё. — Не люблю, когда за спиной кто-то. Да и вам мой затылок вряд ли удовольствие доставляет…
Судя по всему, предложение его особых возражений не вызвало. Пространство вокруг диковинным образом свернулось, словно рулон карты, затем раздвинулось — и Александр не без удовлетворения увидел себя сидящим вроде бы как перед небольшой аудиторией. Правда, последовавшая затем больше похожая на допрос у особиста беседа оказалась кошмарно длинной и выматывающей — но весьма для обеих сторон полезной…
Выснилось множество полезного и не очень, приятного и вовсе даже наоборот. И проснувшийся наутро в несколько непривычно мягкой и широкой постели Александр позволил себе не выскочить сразу для интенсивной зарядки перед обжигающе-холодным душем в банном закутке, а решил немного поразмышлять — благо было над чем.
То, что здешняя наука вообще и медицина в частности достигли небывалых высот — узнать это оказалось скорее полезным. Что здешний мир с чудным названием Фиолко представляет из себя по сути единое государство и войны как таковые известны только из древней истории — даже и приятно.
– Пусть хоть здешние оказались разумнее нас в этом отношении, — проворчал механик и всё-таки не выдержал, встал.
Молодое тело, подлеченное хитромудрыми изысками здешней медицины, прямо-таки требовало движения. И ещё кой-чего. Вернее — кого (надеюсь, мужчины понимают, о чём я поутру). Да с такой настойчивостью, что ледяной душ пришлось принять в первую очередь, благо сооружение за перегородкой из матового пластика особых затруднений не вызвало. Да уж, с таким здоровьем пожить бы лет этак до двухсот в своё удовольствие…
Хотя основы и принципы армии и были теоретически известны, за ненадобностью её не содержали. Правда, полиция и прочие спецслужбы наличествовали и вполне исправно функционировали. Кстати, подмеченный вчера Александром тощий субъект как раз одну из таких в Совете и представлял. Ну что ж, порядок и впрямь надо кому-то поддерживать — что ж мы, не понимаем?
А вот из части не очень приятного оказалось здешнее общественное устройство, и делающий зарядку механик с неудовольствием прикидывал, что здешние мудрецы не только не допёрли до принципов демократии, но и остановились в своём выборе на кастовом обществе. Скажем прямо — рабовладельческом, чего уж тут лукавить. И бывший старлей именно что с лёту угодил прямиком на нижнюю ступень социальной лестницы.
М-да… оказаться в рабстве не просто неприятно, даже унизительно. И тощий особист прямо и в общем-то справедливо заметил ему намедни:
– А чего вы ожидали, молодой человек? Вы для нас никто. Мало того, одним только своим появлением нарушили кучу законов. А что не по своей воле — только это и удержало нас от решительных мер.
Правда, рыжая дамочка из то ли профсоюза, то ли местного аналога Красного Креста заверила, что за некие вполне достижимые заслуги путь наверх и переход в более престижные категории весьма приветствуется. Хотя и возможно и поражение в правах — за преступления и прочие антисоциальные проступки.
– Кроме того, даже у рабов уровень жизни нашими законами гарантирован на более высоком уровне, чем мы смогли подсмотреть из памяти вашего прошлого.
– Твоими бы устами, тётка, да медок хлебать, — буркнул Александр и перешёл к отжиманиям, благо на мягком и слегка пружинящем подобии ковра это оказалось одним удовольствием. — Не всё оно так гладко бывает-то.
С другой стороны — как там вещали ангел и чёрт? Начать жизнь с начала, с нуля? Ну что ж… Александр Найдёнов работы не боится, а уж трудности преодолевать — так просто хлебом не корми, только дай!
Не без удовольствия проглотив волшебным образом оказавшийся уже на столе завтрак, новоявленный раб божий… (кстати, а как тут насчёт хозяев?) ещё раз обвёл глазами комнату. Небольшая и несмотря на некоторую непривычность, вполне уютная, она смущала парня только одним. В ней напрочь отсутствовали какие бы то ни было намёки на что-то, хоть отдалённо напоминающее окна или двери. А прислушавшись к своим ощущениям, просто-таки вещующим о глубине эдак с полкилометра, оказалось вполне возможным прийти к мысли о хоть и комфортабельном, но узилище.
Метра три на четыре, с уезжающей в стену кроватью. У стены наглухо
