Иногда задумываешься: «А что такое чудо?» Черт и ангел на кухне — это чудо. Для нас чудо. И для старшего лейтенанта Александра Найденова — тоже чудо. А стратосферный истребитель? Это не чудо — это машина такая, обыденная и привычная, как автомат «калашникова».
Авторы: Иващенко Валерий Владимирович
слух после однообразия пути. В окнах уже горели огоньки, из трубы вился дымок, и таким мирным очарованием веяло от этой картины, что старлей от умиления чуть слезу не пустил. Надо же…
– А русалки в запруде не водятся, часом? — спросил он, поглядывая в тёмную глубину меж кувшинок.
К вящему удивлению, Лючике отнеслась к его словам с полной серьёзностью. Она спрыгнула со своей гнедой кобылки (а чёрные кони признавали только его, Александра — да кое-как Тиль с домовёнком), и нагнулась к воде. Ополоснула ладони, нарушив сонную безмятежность водяной глади, пошептала что-то, высоко брызнула.
– Отчего ж не водятся? Сразу две водяницы, тут они, — ответствовала ведьма, вновь беря свою лошадку под уздцы. — Только они уже вознамерились на зиму засыпать. Или вызвать пред ясные очи, мой дон?
Она пытливо, с лукавым прищуром взглянула в глаза, и Александр вдруг осознал, что Лючике не шутит.
– Нет, ну ты серьёзно? — на всякий случай поинтересовался он. — А людей они на дно не утаскивают? Говорят, песнями заманивают да щекочут…
– Глупости какие, — фыркнула та, пожав плечами. — Кто сам не хочет быть утянутым, того они не тронут.
Втихомолку подивившись всяким имеющим место быть странностям, старлей стукнул обушком в высокие тёсаные ворота. Ну, прямо тебе какое-то Берендеево царство…
– И хто ж там на ночь глядючи? — нелюбезный голос с той стороны как-то не настраивал на мирный лад.
Ответствовав в том духе, что трое с половиной путешественников готовы заплатить за ночлег да ужин, а утром тронуться дале, Александр усмехнулся, потрепал по белеющей в полумраке макушке Тиль. Подумал немного, тронул коня — ровно на один шаг. Обнял одной рукой Лючике, легонько цапнул её губами за ушко — так, что даже сам почувствовал, как у женщины сыпануло сладкими мурашками меж лопаток. Прижался на миг к упругому теплу, вдохнул будоражащий запах женского тела.
– Искуситель, — шёпотом выдохнула ведьмочка, ответив на его поцелуй.
Видимо, осторожные взгляды сквозь щели забора и перешёптывания с той стороны всё-таки к чему-то привели, потому что ворота стукнули, послышался звук отодвигаемого массивого запора, и одна створка приоткрылась.
Бородатый мужичок в подпояске и с фонарём в руках сторожко осмотрел путешественников. Хмыкнул, завидев Флисси.
– Ну раз с половиной, тоды заезжайте, ваши светлости…
В хате оказалось просторно и довольно чисто — видать, не бедствует мельник. Не без любопытства оглядев добротный дом и бросив пожитки в угол выделенной комнаты, Александр усмехнулся, завидев как полосатый, неимоверной толщины котяра распушил хвост на скромно устроившегося под лавкой домовёнка.
– Мышей выведешь, Флисси? — к его удивлению, тот ловко ухватил кота на плечо и меховым клубком укатился в сторону поскрипывающего за стеной мельничного колеса.
– О, оце дило, — мельник улыбнулся. — Зараз жинка ужин сготовит, уж звыняйте — гостей не ждали. Подождать придётся…
Заверив, что ничего страшного, старлей полюбопытствовал, не возбраняется ли здешними обычаями помыться с дороги. Хозяин пожал плечами — дескать, не обессудьте. Баня не топлена, он там ремонт затеял. Если благородным господам не холодно, можно искупаться в пруду.
– Купальня с того боку, недалеко от плотины. Только это, водяниц сильно не пужайте.
Заверив, что русалки, водяные и прочие лешие не пострадают, если не полезут первыми, Александр уцепил за локоток Лючике и, прихватив на всякий случай становящийся мало-помалу привычным револьвер, отправился в указанном направлении. За ними топотала Тиль с полотенцами и чистой одеждой, угрюмая в предвкушении окунания в холоднющую воду.
В самом деле, в десятке шагов от плотины, в тени нескольких таинственно шуршащих ив обнаружилась полоска белеющего в темноте песка.
Вода действительно оказалась обжигающе холодной — да в самом-то деле, примерно начало октября уже — но что такое окунуться и смыть с себя въевшуюся, казалось, до костей смешанную с потом дорожную пыль, это надо прочувствовать. Александр плескался и отфыркивался в своё удовольствие, прыгнув в воду с разбегу, отчего столб воды поднялся едва ли не до обеих нескромно взирающих лун.
Зато Лючике вошла в пруд тихонько. Подула на лунное отражение, прошептала ему что-то такое, от чего сидящая на бережке и сторожащая пожитки Тиль вся покрылась гусиной кожей. А потом, как чудесное видение из волшебного сна, неспешно и почти неслышно скользнула в воду.
Они встретились на середине. Встретились, скользя в лунном сиянии, словно им оказался наполнен спрятавшийся меж холмов и рощ пруд.
– М-м, а ты тёплый, — Лючике осторожно пресекла кое-какие поползновения, улыбнулась.
