Менталисты и Тайная Канцелярия

рисунок. Белый капюшон менталиста, короткая челка, неприятный, тяжелый взгляд, острый нос, бородавка на левой щеке, козлиная растрепанная бородка. Мастер Агватус, маг-менталист первой категории, работает с банкирами, специализация — проверка финансовой благонадежности. Обтекаемое название, за которым — сбор информации о клиентах, выбивание долгов из несостоятельных или неаккуратных должников, шпионаж за конкурентами. Банковское дело никогда не было прибежищем чистоплюев. Зато состояния там сколачиваются из ничего, в год-два, были бы наглость и желание. Очевидно, мастер Агватус не отягощен излишними принципами, зато весьма богат на амбиции. Самое то что нужно для заговорщиков.
— Да, колоритный тип. Думаешь, он убежал под крылышко Клалии? Согласен, разумней всего спрятаться в свите ее высочества. Доступ к новостям, защита… И повод менталист такой квалификации найдет легко. Скрываться с концами причины нет, он не может знать, что засвечен, с острова ушел незамеченным, слухов по городу не было, и принц, и прочие участники вылазки о своем приключении дружно промолчали. К слову, не он ли им это внушил? Но вряд ли у Клалии хватит наглости оставить при себе неудавшегося убийцу пасынка.
Грент пожал плечами:
— Почему бы и нет. Взгляни на ситуацию глазами ее честолюбивого высочества. Пусть покушение не удалось, однако случай не получил огласки. Наследник престола, его порученец и несколько боевых офицеров — в самом деле, кто же из них признается, что позволил себе выходку, достойную пьяного школяра? Тем более что окончилась выходка весьма бесславно. Впрочем, я полагаю, Клалия не в курсе подробностей. Вопрос скорей в том, хватит ли наглости убийце спрятаться настолько на виду. Но достойный мастер Агватус вообще довольно наглый тип. Почитаешь, тебе понравится. Мои ребята прижали парочку его работодателей, принесли материал — пальчики оближешь, лет на двадцать каторги уже тянет. Есть с чем работать.
— Но к следующим покушениям он не причастен. Что несколько портит нам стройную картину происшествия.
— Абсолютно точно не причастен, — согласился Грент. — Стрелок не мог знать о подоплеке всей этой авантюры с пари: смысл караулить тех, кто уже должен быть покойником? А ночной гость… Агватус проехал через южные ворота в конце дня, у него не оставалось времени снарядить убийцу так, чтобы оборвать все ниточки к собственной персоне. Он выбрался с острова, нашел лекаря, залечил рану и сразу же ударился в бега.
— Наверняка боялся, что господа офицеры все-таки разболтают о случившемся. Хотя бы по пьяной лавочке. И ведь разболтали бы! Если бы пуля нашего второго номера не уложила Реннара в постель, вечером они наверняка пили бы в том же составе, пересчитывали собранные желуди, и все Офицерское собрание слушало бы об их похождениях.
Грент невесело рассмеялся.
— Один убийца в бегах, второй мертв, а мы, при всех видимых успехах, топчемся на месте. Я бы предположил, кто Клалия не слишком верит в способность магов избавить ее от Ларка, вот и решила подстраховаться. Время играет против нее, здоровье его величества все хуже, а тут перелом. Есть причина рисковать. Но не похоже это на нее.
— Что не похоже — риск? О чем ты, — фор Циррент усмехнулся. — Она отчаянный игрок.
— Нет, я не риске, — Грент покачал головой. — Клалия верит в силу менталистов. Ей и в голову бы не пришло, что менталист первой категории может потерпеть поражение в игре против молодых раздолбаев — и тем более, что там, где не справился маг, добьется успеха стрелок.
Граф кивнул. В самом деле, господ военных Клалия откровенно презирает, и полагаться на них не стала бы даже в менее важном и куда более невинном деле.
— Значит, второго номера снарядила не Клалия. Одно из двух — или я, как последний олух, проглядел работу внешних врагов, или целили вообще не в принца. У Реннара тоже хватает врагов, что бы эти два остолопа себе не думали.
На некоторое время в кабинете повисло тяжелое молчание. Нарушил его Грент:
— Кстати, Варрен, о Дубовом острове я собираюсь сегодня же рассказать его величеству. Не желаешь присутствовать?
— Разумеется, желаю, — фор Циррент подавил неуместный вздох сожаления. — Если помнишь, я не успел доложить его величеству все те бесчисленные подробности о бедной барышне, которые он жаждал узнать.
— Чего же ты хотел, — теперь в смехе Грента промелькнуло настоящее веселье. — Случай уникальный, а его величество любит все необычное. Готов поспорить, кончится тем, что он прикажет подать девицу пред свои очи и замучает ее вопросами так, как нам с тобой и не снилось.
— Это было бы весьма интересно, — ухмыльнулся в ответ фор Циррент. — Когда едем? У тебя назначено время?