Эта книга о работниках милиции. О тех, кто раскрывает преступления и о тех, кто приводит в исполнение приговоры. Эта книга — об «Антикиллере», самом известном подполковнике милиции Кореневе, по прозвищу Лис, и его коллегах, которые знают, что ментовская работа не делается в белых перчатках. Пусть герои этой книги вымышлены, но все остальное — правда.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
Вася смотрит: элегантный мужчина в костюме, крахмальной рубахе, при галстуке, все как полагается. Под ручку с ним — женщина в вечернем платье. Направляются к театру. Вася переспрашивает: «Вы уверены?»
— «Уверена, уверена, он!» — настаивает потерпевшая, а сама разволновалась, побледнела, дрожит вся.
Вася подходит к мужчине, представляется, спрашивает документы. Вячеслав Сипатов, инженер, 32 года. Идет с супругой в театр. «Извините, придется пройти со мной».
— «Ну, раз надо…»
Приходят в отдел. На очной ставке потерпевшая подтверждает: «Он, и лицо, и фигура, даже голос его, я хорошо запомнила — Сажают инженера в ИВС, начинают проверять со всех сторон и так, и этак, в результате получается — не он…
— Как же так? — перебил Гусар. — Она же его железно опознает!
— Да вот так. Опознавать‑то опознает, а свитера такого, как у преступника, у инженера нет и никогда не было. И по складу характера, по натуре он на эту роль не подходит. А самое главное, он все думал, думал, вспоминал, где он в то время был, и вспомнил! Как раз по телевизору футбол показывали, и он дома сидел.
Рассказал, как игра шла, кто участвовал, кто и когда гол забил… Знаешь, как это называется? Верно, алиби… Пришлось извиняться перед инженером. Выпустили его, как говорится, с полной реабилитацией, руку пожали, мол, простите, ошибка.
Вот так вот. А ты говоришь — по приметам.
— Ну и что же дальше было?
— Понятно что. Васе выговор влепили, хотя каждому ясно, что он здесь ни при чем.
Потерпевшая‑то инженера твердо опознала! А она сама ошиблась, знаешь, как это называется? — добросовестное заблуждение. И ее винить не в чем: преступника видела мельком, да еще в такой обстановке, что тут не до запоминании. А инженер на него похож оказался… Ну, Васе‑то выговор дали — ладно, а представь, каково человеку: идет с женой в театр, сном‑духом ничего не знает, а его хватают — и в камеру… Так что розыск, брат, — это штука тонкая и сложная, тут наскоком ничего не добьешься. А вот Иван Петрович Макарцев, тот на своем веку десятки преступников по приметам задержал. И не ошибся ни разу. Так что учиться надо…
— Ну а настоящего насильника нашли?
— А куда он денется? Тот же Вася его и задержал. Только речь‑то не об этом! Я же тебе говорю, невинного человека трое суток под стражей продержали! Он еще сдержанный мужчина, не возмущался, дескать, я понимаю, ошибка… Но какое впечатление на него самого, его родных, близких, знакомых произвела эта ошибка, ты представляешь? Я вот недавно был в театре и встретил там его с женой — они, оказывается, завзятые театралы, — так он со мной не поздоровался. Может быть, правда, не узнал, а может, не захотел.
Десять минут назад я связался с райотделом и узнал, что установили личность убитой: Ирина Гордеева, двадцати лет, студентка мединститута. Эта новость как бы подхлестнула нас, обострила злобу против неизвестных пока еще преступников, и разговор пошел о перспективах их поимки.
Крылов рассказал Гусару эту поучительную историю не зря: тот стал находить слишком много людей, на его взгляд, подозрительных и подлежащих задержанию.
Понятная реакция новичка: поиск подходит к концу, а результатов нет, ему начинает казаться — это оттого, что он недостаточно внимателен, он подстегивает сам себя и тут может перегнуть палку…
Важно вовремя его остановить, и Крылову удалось это сделать своей историей, которая хотя и взята из жизни, но как будто нарочно подобрана для иллюстрации ряда проблем, встающих перед сыщиком при поиске, подобном нашему, и в основном проблемы ответственности за принимаемое решение. Ответственности и перед собой, и перед законом, и перед другими людьми, которые любую твою ошибку и любой промах воспримут и расценят как ошибку и промах всей милиции.
Гусар погрузился в размышления, хотя по‑прежнему цепко смотрит по сторонам, — похоже, из него будет толк. Но очень важно, чтобы он не впал в другую крайность — в боязнь принимать решения. От человека, опасающегося взять на себя ответственность, иногда рискнуть, нельзя ждать результативной работы. Очень много решений оперативному работнику приходится принимать на основе своего внутреннего убеждения. И тот, кто привык все «согласовывать» с руководством, чтобы в случае чего переложить ответственность на чужие плечи, может провалить серьезное и важное дело, если обстановка не оставит времени на такую «консультацию». А чаще всего времени у нас в обрез…
Отдыхающие стали понемногу расходиться: косые лучи солнца грели уже еле‑еле, а скоро подует вечерний ветерок с реки и станет совсем прохладно.
