Мертвое море

            — Это «Геркулес», — сказал Маркс. — С-130. Транспортный самолет… Используется армией и флотом, всеми службами. «Старая рабочая лошадка» у военных.
            — Что он здесь делает? — спросил Джордж.
            Но никто не ответил. Все были зачарованы этой гигантской птицей, упавшей с неба и погибшей в заросшем водорослями море. Джордж понимал, что задал глупый вопрос. Самолет попал сюда тем же путем, как и все остальное… его сюда затянуло. До сих пор они видели только два самолета — маленький «Пайпер Каб»,  полностью заросший водорослями, и крыло неизвестного летательного аппарата, торчавший из влажной растительности, словно акулий плавник, покрытый зеленой плесенью.
            — Судя по внешнему виду, он тут недавно, — сказал Кушинг, качая головой. — Интересно, сколько кораблей и самолетов военные теряют в этом проклятом месте?
            — Ага, и потерю скольких из них признают, — добавил Маркс.
            Джордж представлял, каково пришлось этому большому, гордому самолету. Его засасывает в это место, приборы сходят с ума, экипаж лишается рассудка. Они кружат в темном тумане, пока, наконец, не принимают решение садиться. Что же случилось с ними… точнее, что их погубило?
            Приблизившись, они увидели, что створка грузового отсека в массивной хвостовой части открыта, грузовой трап опущен. Возможно, все подумали об одном и том же — новый транспортный самолет в тысячу раз лучше старого грузового судна.
            Они подплыли так близко, насколько это было возможно. Футов на тридцать-сорок. В этот точке водоросли были такими густыми, что шлюпка намертво застряла. Все перебрались на плот, отцепили от него шлюпку и привязали на длинную нейлоновую леску, которую Джордж постепенно стравливал, пока они подгоняли плот к входному трапу. Когда они добрались туда, Маркс выпрыгнул и закрепил плот леской от плавучего якоря. Гослинг помог Джорджу привязать леску к шлюпке, и они вошли в самолет.
            Внутри было темно.
            Гослинг включил два фонарика, которые у них были, и все вошли. Внутри пахло сыростью и плесенью, но было чертовски приятно наконец размять ноги. Почувствовать твердую поверхность под ногами. Интерьер «С-130» казался огромным. В грузовом отсеке можно было с комфортом разместить сотню человек. С одной стороны находился ряд из десятка поддонов, каждый нагружен футов на восемь в высоту. С другой стороны стояло две разведывательных машины «Хамви», перед которыми лежало еще несколько поддонов. Все они были закреплены ремнями и подпорками. Между ними был проход.
            — Было бы где покататься, — произнес Джордж.
            — Интересно, куда это все везли? — задумался Кушинг.
            — На Ближний Восток, или, может, в Европу, — предположил Гослинг.
            Маркс взобрался на один из «Хаммеров», посветил фонариком на большую пушку, установленную на крыше.
            — Это пулемет пятидесятого калибра, мальчики. Нам бы немного боеприпасов, мы б из него что угодно пополам разрезали.
            Перед автомобилями было открытое пространство с приставными сидениями вдоль каждой стены. Там в зеленых нейлоновых мешках лежало какое-то оборудование. Гослинг проверил их все по очереди.
            — Медицинское оборудование, — сказал он. — Может пригодиться… антибиотики, бинты, дезинфектанты. Наверное, на борту были медики…
            Они нашли несколько ламп с батарейным питанием и воспользовались ими, чтобы экономить фонарики. Маркс и Гослинг продолжили осмотр.
            — Я не вижу здесь спасательных плотов, — сказал Маркс. — Полагаю, эти ребята сели на воду и отправились на плотах через водоросли.
            Кабина экипажа оказалась пуста, за исключением огромного количества радиоэлектроники и навигационных систем, в которых никто из них ничего не смыслил. Многие экраны до сих пор горели, что означало, что батареи еще не разрядились. Маркс включил радиостанцию и прошелся по каналам, но не нашел ничего кроме дышащего и слушающего шума. Он выключил ее, пока они не услышали нечто более худшее.
            Джордж и Кушинг подошли к пассажирской двери, находящейся сразу за кабиной. Она тоже была открыта. Водоросли и вода пробрались и туда. В море темнело, туман нависал призрачной колышущейся пленкой, искрясь, словно горящий болотный газ или блуждающие огоньки. Огромные клочья его плыли над водорослями и обломками кораблей.
            Но в футах десяти от самолета что-то привлекло их внимание.
            Застрявшие в зеленых зарослях, лежали останки трех, возможно, четырех тел. Видно