Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.
Авторы: Тим Каррэн
на два-три дня. Беспокоиться не о чем.
Сакс кивнул.
— Вот это я понимаю. Слышали, идиоты, что сказал капитан?
Фабрини лишь покачал головой.
— Да, слышали, слышали.
— Отлично. Так что можете прекратить травить свои байки про привидений.
— Нет причин для тревоги, — сказал им Морс. Внешне он излучал самоуверенную беспечность. Он был чертовски рад, что никто не видел его изнанки — в какое бледное, дрожащее существо он превратился.
— Черт! — воскликнул Фабрини. — Да вы, ребята, хоть знаете, где мы находимся?
— Мы следуем курсу. Только движемся медленно. В этом тумане у нас нет другого выбора.
Сакс нахмурился.
— О какой задержке мы здесь говорим? Мне нужно выполнять контракт, и вы знаете это.
— День, два. Не больше.
Сольц беспокойно заерзал на стуле. В его очках отражались лампы дневного света.
— А что с человеком, который выбросился за борт?
— Страшная история, — ответил капитан. — Мы никогда не узнаем, что там произошло на самом деле. Когда мы попадем в порт, будет проведено формальное расследование. Но даже тогда… кто его знает?
Фабрини сухо хихикнул.
— Кто его знает? Что за бред? — воскликнул он. — Мы видели его. Мы все его видели. Парень был весь в крови. Кричал, что что-то схватило его, что-то проникло в него.
Лицо Сакса потемнело.
— Заткнись, Фабрини. Ты видел парня, который был в крови. Парня, который сошел с ума. Если бы он кричал, что за ним гонятся Иисус и Мария, вооруженные бензопилами, ты бы тоже поверил?
Фабрини медленно покачал головой.
— Знаешь, Сакс, ты меня начинаешь бесить. Что с тобой такое? Что с вами, парни? — он окинул всех обвиняющим взглядом. — Вы знаете, что здесь творится что-то нехорошее. Все дело в тумане. Капитан преподносит нам на блюдечке какое-то дерьмо и думает, что мы это проглотим, и что Сакс? Сакс притворяется, будто ничего не случилось. Я не куплюсь на это, мать вашу. Ни за что. Да и вы все тоже.
— Господи Иисусе! — с отвращением воскликнул Сакс.
Сольц лишь покачал головой.
— Он прав. Что-то здесь не так.
Кук и Менхаус молчали, но мозги у них работали на полную катушку. Кук был из тех парней, которые редко что-то говорят. Менхаус не любил конфликты — он обычно ждал и отмечал, что думает большинство, и подстраивался под это мнение.
Следующим оратором выступил Джордж Райан. То, что он хотел сказать, было просто и по делу.
— Что, по-твоему, здесь происходит, Фабрини?
Кушинг кивнул, едва заметно улыбнувшись. Казалось, он наслаждался анархией.
— Да, скажи нам.
Все взгляды сейчас были прикованы к Фабрини. Его смуглое лицо покраснело, на виске пульсировала вена.
— Я не знаю, что случилось. Но парень неспроста спятил и спрыгнул за борт. Далеко неспроста. Боже, да вы посмотрите на этот туман. Я видел раньше туман, и он ни черта не светился. И не втягивал в себя воздух.
Капитан Морс пристально посмотрел на него, потом откашлялся
— Соглашусь, что мы имеем здесь дело с каким-то странным явлением, но в том, что произошло, нет ничего сверхъестественного, джентльмены. Я плаваю по Атлантике уже более тридцати пяти лет, и она не перестает меня удивлять.
— Тогда что, по-вашему, здесь произошло? — спросил Кушинг, забавляясь ситуацией.
— Правда, не знаю. Думаю, мы стали свидетелями какой-то странной атмосферной аномалии. Этот туман является результатом необычных погодных условий. Возможно, из-за взаимодействия солнца с холодным морем. Газы, от которых мы чуть не задохнулись, могли подняться из воды… пузырь метана, например. Такое раньше случалось.
— Это верно, — сказал Сакс. — Через пару дней мы выберемся отсюда, так что отставить ваши «страшилки».
Кушинг и Джордж переглянулись. Как и Фабрини, они чувствовали, когда их дурачат. Чувствовали, когда кто-то говорит им что-то, лишь бы они заткнулись. Именно это сейчас здесь происходило. Но самым мерзким и неприятным во всей этой истории было то, что никто не знал, что здесь происходит. И это пугало.
— Ерунда какая-то, — сказал Фабрини и утопал прочь.
Сольц ушел следом.
Больше говорить было не о чем.
18
