Мертвое море

Сакс, сплевывая кровь. — Ты — труп, гребаный педик! Я тебя прикончу! Богом клянусь, я тебя прикончу!
            Трудно было сказать, кому конкретно были адресованы эти угрозы, Джорджу или Менхаусу. Элизабет стояла и качала головой, испытывая от такого поведения мужчин не удивление, а скорее разочарование.
            — Уходим, — сказала она. — С меня довольно.
            Это было разумное предложение.
            Вот только Менхаус не считал, что он закончил. Он поднялся на ноги, с пистолетом Джорджа в руке. Во время потасовки тот выпал у Джорджа из кармана, и Менхаус подобрал его. Он направил его на Сакса, и Джордж с Кушингом отошли в сторону.
            — Что ты собираешься делать, сосунок? — спросил Сакс.
            И Менхаус продемонстрировал ему.
            Взвел курок и выстрелил ему в живот.
            Сакс ахнул, на животе расцвел кровавый цветок. Красные струйки побежали между пальцев прижатых рук. Он отшатнулся назад, едва не упав, и поковылял к двери. Они услышали, как он поднимается по трапу, ругаясь и ахая.
            Джордж влепил Менхаусу пощечину, и тот выронил пистолет.
            — Он заслужил, — сказал Менхаус. — Этот ублюдок давно напрашивался.
            И Джордж, оцепеневший от пальцев ног до бровей, мысленно с ним согласился.
22

            Сакса нигде не было.
            Они искали больше часа, прочесали все судно. И хотя мысли их были мрачны, как грозовые тучи, покинув помещение с останками Полларда и Фабрини, они почувствовали себя лучше. За поисками Сакса они сумели хотя бы отвлечься.
            Наконец они сдались.
            Элизабет произнесла несколько слов над останками Полларда и Фабрини. Остальные стояли и, склонив головы, вспоминали все смешное и грустное, что им довелось вместе пережить. Но в основном, они склонили головы потому, что гравитация тянула их вниз, и им приходилось стараться изо всех сил, чтобы не упасть на колени.
            — Ладно, — наконец сказал Джордж. — Давайте убираться отсюда.
            Они пробирались к яхте сквозь плотную завесу тумана, мимо остовов мертвых кораблей, застрявших водорослях. По очереди работая веслами, они мало говорили и много думали.
            Сделав перерыв и закурив дрожащими пальцами сигарету, Джордж поделился с Кушингом своими мыслями по поводу произошедшего с Фабрини. Что тот находился в том месте один, возможно тысячи лет, а его разум не умер, а временно отключился, законсервировался, будто в банке со спиртом.
            — Да, — произнес Кушинг. — Я думал об этом. Время… по ту сторону оно не такое, как здесь.
            — Где же он был?
            Кушинг покачал головой.
            — В пятом измерении? В шестом? Десятом? Черт, кто его знает, но то место настолько чуждое, что я не хочу даже думать об этом.
            Джордж уставился на механизм пришельца, стоящий у Кушинга в ногах. Он взял его с собой, несмотря на протесты Элизабет. Даже сейчас она с опаской поглядывала на устройство, словно это был пресловутый ящик Пандоры, с которого в любой момент может слететь крышка.
            Джордж затянулся сигаретой и выпустил дым из ноздрей.
            — Тот пришелец… марсианин… да, кто бы ни был тот урод…
            — Сомневаюсь, что это был марсианин, — сказал Кушинг, тщетно пытаясь выдавить смех.
            — Ты знаешь, что я имею в виду, умник. То… существо. Думаешь, оно могло бы нам помочь? Я имею в виду, действительно помочь нам, если б мы нашли с ним общий язык?
            Кушинг кивнул.
            — Несомненно. Ты хоть понимаешь, каким сверхразумом оно могло обладать? Какие тайны могла знать такая раса? Да, Джордж, если бы оно захотело, оно отрегулировало эту волшебную коробку и отправило бы нас прямиком в Диснейленд. — Он вздохнул. — Надо признать, вид у него был не совсем дружелюбный шинг кивнул.  Тот пришелец…. на удивление очень легким.. Ты видел, как оно смотрело на нас. Ты чувствовал, как оно заглядывает в тебя. Я видел, что оно это делает, поэтому ударил его топором. Это все моих рук дело.
            — Я у тебя в долгу, — искренне сказал Джордж.
            — На что это было похоже? Когда оно заглядывало в тебя?
            — Честно не знаю. Как будто из меня высасывают мозг. И еще я ощущал себя очень маленьким и беспомощным. Больше ничего не помню.
            — Ладно, не важно. Эта тварь была…
            — Она была злой, — сказала Элизабет тоном, не терпящим возражений. — Вы знаете это, и я знаю это. Может, это и высшая форма жизни, как вы говорите,