Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.
Авторы: Тим Каррэн
был едва в сознании.
Менхаус вышел, вальсируя, из-за кормовой каюты.
— Отличный бросок, — похвалил его Джордж.
— Этот урод, словно клещ, — сказал Менхаус. — Просто раздавить недостаточно, нужно сжечь.
Сакс застонал, и Джордж заранее понял, что тот собирается сделать. Сакс симулировал, притворялся, что находится без сознания. Но это было не так. Он медленно полз в сторону запальной веревки. Но не успел он приблизится к ней на дюйм, как Джордж ударил его ногой в голову. Это был удар, достойный победного гола.
На этот раз Сакс был в полной отключке.
Менхаус хладнокровно подобрал ключ, наклонился над Саксом и ударил, что было силы. Раздался влажный, глухой треск. Менхаус ударил еще раз, затем выпрямился и посмотрел на кровь и спутанные волосы на конце ключа. Содрогнувшись, отбросил ключ в сторону, будто не мог поверить, что только что сделал.
Никто не проронил ни слова.
Менхаус тоже воздержался от комментариев.
— Вам лучше уходить, — сказал Гринберг, прижимая к себе счетчик Гейгера.
Джордж положил конец запальной веревки ему на колени.
— Вы знаете, что делать, — сказал он. — Но спрошу еще раз. Не хотите ли вы пойти с нами?
Гринберг понимал, что все они заботятся о нем, и что решение оставить его далось им непросто. Им всем было тяжело. Столько бесчеловечности и смертей свалилось на них в этом ужасном месте. Идея добровольно пожертвовать собой одним из них казалась невыносимой. Но они должны были сделать это. Гринберг понимал это и они тоже.
Но это не делало прощание легче.
Даже Элизабет сказала:
— Пожалуйста, мистер Гринберг, подумайте еще раз.
Но тот лишь покачал головой.
— Вам лучше уходить. У нас не так много времени. Думаю, через час уже стемнеет. Пожалуйста, уходите.
Джордж в последний раз посмотрел на него, пробормотал несколько слов прощания. Менхаус сделал то же самое. Они не стали оборачиваться.
— Мистер Гринберг, я…
— В путь, Элизабет, — сказал он ей. — Мы с вашим дядей были друзьями, как вы знаете. То, что я делаю, я делаю ради вас, ради него и ради всех остальных, кого погубила та тварь. Да, еще из любопытства.
Кушинг отвел ее к трапу.
Вот и все.
Больше Гринберга никто не видел.
30
На катере они легко преодолели заросшее водорослями корабельное кладбище. В тумане была пара страшных моментов, когда Менхаус ударился об перевернутый корпус и едва не скинул всех за борт, и когда он чуть не столкнулся с танкером, но в остальном все прошло довольно гладко.
Через полчаса они выбрались из водорослей, и быстро понеслись по одному из каналов, рассекая туман. Они молились, надеясь на лучшее. У них было все необходимое, и если они не найдут воронку, то все для них закончится в Море Туманов. Возможно, благодаря прожорливости местной фауны, а возможно, когда Гринберг потянет за шнур и выпустит на волю свою бомбу из антиматерии, как он назвал ее.
Пока они удалялись все дальше от корабельного кладбища, Джордж старался любой ценой не думать о Туманном Дьяволе. Любой ценой.
Канал начал петлять, и Менхаус немного сбавил скорость. Пусть нехотя, но понимая, что они не могут позволить себе попасть в аварию. Даже незначительную. Сгущалась тьма. Все видели это. Туман стал плотным и тяжелым, словно дождевые тучи, опустившиеся на землю.
Джордж вытащил компас.
— Если Гринберг прав, мы должны оказаться в районе воронки минут через двадцать, тридцать после вхождения в открытое море.
— Особенно с этой крошкой, — сказал Менхаус, довольный своей новой игрушкой.
— Это в том случае, — предостерег Кушинг. — Если не будем кружить в этом чертовом тумане. Но Джордж не думал, что так получиться.
За навигацию отвечала Элизабет, и это было хорошим решением. Казалось, она неплохо ориентируется в этих каналах.
Интересно, — подумал Джордж, — сколько поездок через водоросли она предприняла со своим дядей, выискивая тот неуловимый люк, тот спасительный выход из туманного мира Мертвого моря.
Элизабет подсказывала Менхаусу, какой канал выбрать, когда тот сбивался с пути. Сверлила глазами туман, словно видела сквозь него.
Наконец, бескрайние заросли зеленых гниющих водорослей расступились,
