Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.
Авторы: Тим Каррэн
в месте, которое Джордж принял за Атлантику, и были такими же заблудшими как всегда. Когда они сориентировались и решили, что фактически находятся дома, действительно дома, Джордж включил в кабине свет и посмотрел на компас. Стрелка указывала на то, что он принял за магнитный север. Никаких отклонений, ничего такого.
И когда это произошло, и первоначальное удивление поблекло, пусть даже ненадолго, Джордж сверился с компасом и указал пальцем.
— Там восток, Олли, там должна быть суша.
Менхаус завел двигатель, и они направились на восток. Катер был рад снова оказаться в море, настоящем море, снова в знакомой ему воде. Он отреагировал соответствующим образом, выстрелил в ночь, словно ракета, рассекая те черные воды и поднимая фонтан брызг на своем пути.
Джордж включил радио.
Он надеялся поймать какую-нибудь станцию. Любую станцию. Новости, музыку, все что угодно, что подсказало бы им, что да, они вернулись в свой век. Но получили лишь статический шум. Возможно, дело было в радио. А возможно, в атмосферных помехах. А может, только может быть, это было наихудшее предзнаменование.
— Мы дома, — не умолкал Менхаус. — Я знаю, что мы дома.
Джордж тоже знал это. Единственный вопрос, какой это был год.
Но у них еще будет время, чтобы это узнать, не так ли?
Потому что сейчас воздух был солоноватым, свежим и прохладным, не было ни тумана, ни стоячей воды, ни плавучих водорослей. Были лишь море и ночь. И катер под ними нес их в место, либо знакомое им, либо в такое, где они со своим катером будут раритетами, неуместными и несвоевременными. Несмотря на это, после побега из Мертвого моря, у них появилась надежда. Она пылала ярко, и их души пылали вместе с ней. Когда тот вечный туман рассеялся, даже во тьме и при свете звезд, они чувствовали себя свободными, абсолютно свободными. Они ощущали вокруг себя пространство и расстояние. И было невероятно приятно освободиться от тумана и его клаустрофобии.
Но, ирония все-таки присутствовала.
На следующий день солнце палило нещадно, море превратилось в зеркало, жара была почти невыносимой. Джордж даже забыл, что солнце бывает таким ярким. К концу дня катер исчерпал остатки топлива, оставалось лишь дрейфовать и надеяться.
Когда наступила ночь, Джордж уснул.
Может, на час, может, меньше. Но когда он проснулся, Менхаус грубо его тряс.
— Просыпайся, Спящая красавица, мать твою! Просыпайся.
Он протер глаза и увидел то, что видел Менхаус — самолет. Высоко над ними мигали огоньки. Джордж вытащил ракетницу и зарядил ее. Потом прицелился в самолет, словно намеревался его сбить.
Вспышка осветила море и небо.
И снова им не оставалось ничего, кроме как ждать и надеяться.
2
Следующим утром они заметили корабль береговой охраны. У него был высокий нос, как у ледокола, а главное, не было парусов. Он выглядел современно во всех отношениях. Во всех возможных деталях. Джордж даже видел вертолет, ждущий на полетной палубе, словно загорающая оса. Корабль заметил их, сделал круг и сбросил на воду две резиновых лодки.
— У нас получилось, Джордж, — воскликнул Менхаус. — Мы сделали это, мать твою.
— Да, — согласился Джордж, переполняемый чувствами.
Он испытывал странное ощущение дезориентации, словно только что пробудился ото сна. А разве это был не сон? Совершенно безумный, сумасшедший сон? Конечно, так оно и было, — подумал он. Джордж думал, что не верит в магнетические воронки и иные измерения, не верит в окутанные туманом антимиры и морских чудовищ, пришельцев, корабельные кладбища и Туманных Дьяволов. Нет, он ни во что это не верил. И определенно не верил в Мертвое море и Измерение Икс.
Только безумец верил в подобное дерьмо.
Но когда он закрыл глаза, услышал шум приближающихся лодок, он увидел все это. Увидел Гослинга и Маркса, Кука и Фабрини. И даже Сакса. И Кушинга. Старину Кушинга с его удивительным складом ума. И Элизабет, которая так и не смогла спастись из того места. Конечно, при ярком свете дня, подобных мест не могло существовать… но когда ты закрываешь глаза? Ты понимаешь, что они существуют.
— Дождаться не могу, когда увижу мою стервозную, жирную женушку и мой гараж, — сказал Менхаус. — Ну, не забавно ли? Я все время думал про гараж. — Он засмеялся, но вдруг замолчал. — Джордж… что, черт возьми, ты собираешься рассказать этим людям?
