Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.
Авторы: Тим Каррэн
будто у него внутри что-то оборвалось. Это было так близко. Чертовски близко. Он выдохнул, вытер пот с лица.
— Принять влево на сто двадцать три, — сказал он.
— Есть, сто двадцать три, — ответил Айверсон. Он тоже тяжело дышал. — Что это было, черт возьми?
— Если бы я сам знал. Что бы то ни было, мы чуть не протаранили его. Гослинг опустился в кресло за штурманским столом. — Я думал… думал, что это перевернутый корабль, раз он так низко «сидит» на воде… но потом он распался на что-то вроде стаи китов. Отметь это в вахтенном журнале.
Дверь в задней части рулевой рубки открылась, и вошел Морс. Вид у него был встревоженный.
— Что за чертовщина здесь происходит, мистер?
— Мы едва не столкнулись, — ответил Гослинг. — Что-то… что-то неслось прямо на нас.
— Что?
Вопрос был адресован Гослингу, но Айверсон не смог удержать язык за зубами. — Призраки, сэр, — сказал он дрожащим голосом. — Всего лишь призраки.
23
Капитана звали Арлен Морс.
Море всегда было у него в крови. В то время, как другие ребята хотели стать звездами футбола, пилотами или машинистами, Морс мечтал быть моряком. Он хотел быть капитаном и иметь собственный корабль. Нечто большое, мощное и значительное. За двадцать лет службы на военном флоте он водил эсминцы, танкеры, тральщики, патрульные катера, легкие крейсеры и даже буксиры. Это была его жизнь, другой он не хотел.
И вот однажды военный флот ему наскучил. Морс был старшиной. Потом, отучившись в корпусе вневойсковой подготовки офицеров резерва, стал энсином. Почти без усилий поднялся по карьерной лестнице до капитана. Делал то, что ему было сказано, и так, как ему было сказано. В любом флоте было всего два типа людей — те, кто следовали приказам и инструкциям, и те, кто этого не делал. Последние оказывались не у дел.
Морс играл в эту игру по правилам.
И, в конце концов, правила обернулись против него.
Он командовал собственным кораблем, и это было все. Не закончив военно-морской академии в Аннаполисе, он не мог продолжить карьерный рост. Его карьера закончилась. Поэтому он и покинул военный флот. После двадцати лет службы он уволился в запас и ушел в торговый флот. Без каких-либо сожалений. Жизнь была к нему благосклонна.
А потом выдался этот рейс.
Как и любой другой моряк, он с первого дня слышал разные россказни и байки. Казалось, что некоторые матросы боялись воды больше, чем дети темных шкафов. Они придумывали истории. Пропавшие корабли захватывались злыми силами, или проглатывались морскими чудовищами. Вой ветра превращался в жалобные, бестелесные голоса утопленников. Причудливые туманные образования были кораблями-призраками. Историям про призраков, чудовищ и проклятые моря не было конца.
У каждого моряка была своя история.
Только это были всего лишь фантазии.
Но теперь Морс действительно начал в этом сомневаться.
24
Под утро случилась очередная беда.
Ночь протекла мимо, словно смола — медленная, тягучая, черная и обволакивающая. Все на борту хотели дневного света. Надеялись, молились, чтобы он рассеял туман и вернул их к нормальной жизни. Все, даже те, кто не был лично свидетелем тревожных событий, понимали, что заблудились. Заблудились в каком-то ужасном мире безумия. Может, это все истории, витавшие вокруг, как простудные бактерии. Небылицы, которые были вовсе не хуже суровой, неоспоримой реальности. А может, это то, что каждый чувствовал костным мозгом. Ощущение, что ад разверзся под ними и поглотил их корабль целиком.
Так ночь постепенно сменилась утром.
Согласно цифровому хронометру, было начало пятого, когда дерьмо приземлилось и разбрызгалось во всех мыслимых направлениях. Гослинг, который не мог спать, не мог сомкнуть глаз, чтобы не видеть перед собой гигантских морских червей, сидел в рулевой рубке. За штурвалом был Пирс. Гослинг дремал за штурманским столом, его глаза, наконец, начали слипаться.
Тут Пирс вдруг закричал и резко рванул штурвал вправо. Примерно в это же время дежурный матрос объявил по внутренней связи:
— Баржа… идет прямо на нас! Мы сейчас столкнемся! Руль на борт! Руль на борт! Она идет без огней, без гребаных огней…
Все произошло в считанные секунды, к тому моменту Гослинг был уже на ногах. Он заметил
