Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.
Авторы: Тим Каррэн
— Он не знает, Менхаус, — сказал Фабрини, с ужасом в голосе. — Никто не знает, где мы. Это место… куда попадают все те корабли. Исчезнувшие корабли. Иногда их выносит обратно течением, но на них уже нет людей.
— Заткнись, придурок, — рявкнул на него Сакс. — Ты ни хрена не знаешь. Кретин чертов.
Но Фабрини лишь рассмеялся. И этот смех был горьким и измученным, полный цинизма, с намеком на сильное помешательство.
— Ты все еще веришь, что мы находимся на Земле, Сакс? В это ты веришь? Подумай еще раз, раз нас засосало в какую-то черную дыру, мы уже никогда выберемся из нее.
— Черт, — воскликнул Менхаус. — Вот, дерьмо…
— Не слушай его, Менхаус. Не иди у него на поводу. Разве не видишь? Он этого и хочет. Он хочет вытянуть из тебя все жилы, хочет опустить до своего уровня, — сказал Сакс, стараясь казаться умным, вежливым и доброжелательным, и чуть выше, чем он есть. — Типы вроде Фабрини не имеют яиц. Они проживают свою жалкую, пустую жизнь, пытаясь компенсировать свой маленький член.
— Пошел на хрен, Сакс, кретин чертов, — огрызнулся Фабрини, снова сбитый с толку.
Менхаус переводил взгляд с одного на другого, пока те обменивались колкостями, взаимно унижая их мужские достоинства и матерей. Он чувствовал себя, как кусок металлолома, застрявший между двух магнитов. И он уже начал задумываться, кто же из них самый сумасшедший.
— На моих часах уже почти восемь утра, — сказал Фабрини. — Если ты такой умный, Сакс, скажи, почему не видно солнца?
— У тебя часы накрылись, — соврал тот. — К тому же, в таком тумане солнца мы все равно не увидим.
Это развеселило Фабрини.
— Да ну? Почему бы тебе просто не признать это, Сакс. Солнце здесь не встанет. Здесь всегда темно, и в этом чертовом тумане живут твари, которые выгрызут из тебя кишки…
Менхаус пытался не слушать, но слова эхом отдавались у него в голове и рвались наружу.
— Оно же встанет… солнце должно встать. Правда, Сакс?
— Ну да. Встанет, как пить дать. Как только оно разгонит туман, мы сразу увидим, где находимся. И остальные тоже смогут нас увидеть.
Фабрини снова зашелся циничным смехом.
— Ага. И то, что поймало другую лодку, тоже увидит нас…
7
Дело в том, что никто не знал, где они находятся.
Они думали всякое, говорили всякое, повторяли страшные морские истории, но никто из них не осознавал всей серьезности ситуации, и насколько далеко они находились от дома.
И все же они не теряли надежду. Каждый мечтал о сверкающем корабле, который вывезет их к цивилизации. Им дадут сухую одежду. Постель. Кружки кофе и прохладную воду. Столы, ломящиеся от яиц, блинов, ветчины, бекона, хлеба, фруктов, стейков, картофеля, тортов и пирожных.
Они надеялись, но никто не верил, что так оно и будет.
Они ждали мучений и смерти. Ждали жажды и гибели в пучине. Ждали голода. Ждали страданий всех видов. Ждали тварей, которые выйдут к ним из тумана. Тварей вроде тех, которые живут в кошмарах, подвалах и сырых, темных местах.
И в этом они были правы.
8
Кук решил, что, должно быть, заснул, потому что, очнувшись, увидел, что Крайчек роется в отсеках с припасами. Он слышал, как тот ругается себе под нос. Потом шлюпка слегка качнулась, когда он встал на ноги и закричал:
— Здесь! Здесь! Господи Иисусе, мы здесь!
Он что-то поднял над головой. Что-то, похожее на цилиндр. Потом раздался приглушенный хлопок и вверху, в кружащемся вихре тумана вспыхнул огонь, взорвавшись дождем красных искр. Он плыл сквозь туман, порождая мечущиеся тени и отбрасывая мерцающие полосы красно-оранжевого света. В этом жутком, стробоскопическом свете было видно, насколько густым был туман. Он словно состоял их клубящихся, спрессованных вместе слоев, похожих на эфирные одеяла.
— Что это? — спросил Кук, вскакивая на ноги. — Самолет? Ты видел самолет или корабль?
Крайчек молча смотрел на уплывающий огонь, медленно тонущий в туманной трясине. Его лицо освещалось неяркими вспышками некогда красного, а теперь желтеющего света.
— Что ты видел? — снова спросил Кук.
Крайчек со вздохом опустился на сидение.
— Я… Я не уверен. Это был свет. Там высоко. Свет прошел над нами.
Кук облизнул губы. Внезапно они стали сухими. Как мел.
