Мертвое море

Когда экипаж пропавшего грузового судна оказывается заперт в другом измерении — жутком обиталище морских чудовищ, кораблей-призраков и всяческой нежити — им предстоит найти таинственный парусник «Ланцет» и убедить полусумасшедшего ученого-физика помочь им вернуться домой.

Авторы: Тим Каррэн

Стоимость: 100.00

            Но не получил ответа.
            Поэтому Сакс сказал:
            — Похоже, нам негде особенно хоронить, так что он отправится за борт.
            — Ты… ты не можешь так поступать, — заикаясь, попытался возразить Крайчек.
            — Почему это?
            — Господи Иисусе, Сакс, нам хотя бы нужно произнести какую-нибудь речь, — сказал Фабрини.
            — Ладно, ты прав. Прощай, Хапп. — Сакс, казалось, забавлялся. — Ну вот, я произнес речь.
            — Ты — говнюк, — на полном серьезе заявил Кук.
            Сакс ухмыльнулся.
            — Рад, что ты так думаешь. Помоги… Бери его за ноги. На счет три…
12

            С того момента, как они забрались на крышку люка, Кушинг слушал это беспрестанно. Что у Сольца слабый желудок, чувствительная кожа, артрит обоих коленей, бесчисленные аллергии, ангина, близорукость, облысение. Что он склонен к воспалению десен, инфекции мочевого пузыря и необъяснимым болям в ногах. Ходячее пособие по ипохондрии. На корабле у него были лекарства от всего этого — таблетки, мази, капли. А теперь не осталось ничего.
            И он старался вдолбить это Кушингу.
            Кушинг не знал, сколько еще сможет терпеть. Сольц изводил его своим бесконечным перечислением жалоб и недугов, но не это было самое страшное. Основной проблемой было то, что они застряли посреди какого-то жуткого океана, и Кушинг мог с твердой уверенностью сказать, что это не воды Атлантики.
            Он продолжал успокаивать Сольца. Заверял его, что туман рассеется, и их спасут… Вот только надолго ли его хватит?
            — У нас правда нет шансов, да? — спросил Сольц.
            — Есть, конечно, — снова солгал Кушинг. — Главное — терпение. Просто нужно потерпеть.
            Но Сольц выглядел удрученным.
            — Я уверен, что когда придет помощь, мы будем давно мертвы. Если она вообще придет.
            — Придет. Должна придти.
            — Мне нужна вода, — простонал Сольц. — Похоже, у меня обезвоживание.
            — У тебя не обезвоживание. Оно не наступает так быстро.
            Сольц коснулся своей лысеющей головы.
            — Может, у тебя так. А я другой.
            — Ты не другой.
            — Нет, другой. Всегда был таким. Я более чувствителен к таким вещам, чем остальные. Почти ко всему.
            Кушинг вздохнул. За что мне достался этот парень? — задумался он.
            — Сольц, какого хрена ты на это подписался? — спросил он. —  Скажи мне, ради бога, почему парень вроде тебя едет в джунгли Южной Америки строить взлетно-посадочную полосу? Мне кажется, такой образ жизни далеко не для тебя.
            — Деньги. Разве не в них причина всего, что мы делаем, Кушинг? Разве не из-за них мы идем на безумные риски и ставим на кон собственную жизнь? — ответил ему Сольц. — Раве не так?
            — Думаю, так.
            — К тому же у меня высокие страховые выплаты.
            — Ты шутишь, — сказал Кушинг. — У такого парня как ты?
            — Да нет же, это правда. У меня ужасно высокие страховые выплаты. Если б я тебе рассказал, ты бы не поверил.
            Кушинг обхватил голову руками, когда Сольц стал в красках рассказывать про увеличенные сухожилия, и как у него из колена иглами откачивали жидкость. Казалось, Сольц был счастлив, лишь когда жаловался или обсуждал медицинские процедуры.
            — Мне нужна вода, — повторил Сольц, закончив раздражать Кушингу желудок. — У меня голова начинает кружиться.
            — С тобой все в порядке.
            — Ты просто не знаешь.
            — Нет, знаю, черт возьми. У тебя не обезвоживание. Еще рано. Вот если бы у тебя потрескались губы, раздулся и почернел язык, значит, началось обезвоживание. А сейчас тебя просто мучит жажда. А это другое.
            Сольц облизнулся.
            — Губы уже болят.
            Тут Кушинг сдался. Если он хочет думать, что умирает, кому какое дело? Пусть думает, что хочет. Если будет делать это тихо и без драматизма, у Кушинга не будет к нему претензий. Сейчас, кроме спасения, Кушинга волновал его шурин, Франклин Фиск. Тот самый мудак, который организовал эту «вечеринку». И тот самый ублюдок, который вынудил Кушинга поработать шпионом. Шпионом. Господи Иисусе! В это трудно было поверить. Трудно поверить, что Кушинг сам согласился на это. Кого волновало, что там замышляет этот Сакс? Если Сакс выжил, плавает где-то рядом, и они наткнутся на него, Кушинг расскажет ему правду. И он не остановится на этом.