Месть Осени

подбросить бусины, но и неплохо знал распорядок дня в целом. Это он автор анонимки, которую доставили ревнивой жене Сета. Той, что устроила скандал у дверей твоих апартаментов.
– О, да, никогда не забуду отвратительную сцену, – процедила Мари. – Но я думала, за той историей стоит Злат Орса, жаждущий напакостить тебе из-за брака с мамой.
– Так и есть, – подтвердил Инэй презрительно. – У нас с Осенним соседом состоялся познавательный разговор. Злат сначала не хотел откровенничать, но я объяснил, что иначе заставлю всех поверить в его причастность к преступлениям Трента. Это его если и не напугало, то точно не обрадовало. Он признался – между нами, само собой, что поручил стражникам напасть на тебя и Витта в Весеннем Дворце, а Тренту – следить за тобой. Злат посчитал, что ты идеальный кандидат для подставы. Разумеется, Трент старался не только для тестя, но и для себя любимого. О его планах с бусинами Злат не знал, но едва негодяй донес, что меня видели в твоих апартаментах, решил воспользоваться ситуацией.
– Но кто тебя видел?
– В этом и вопрос. Юнт не сумел бы следовать по пятам. Значит, у него был шпион. Возможно, не один. В свете этих событий исчезновение твоей служанки кажется еще более подозрительным.
Мари отмахнулась.
– Не думаю, что Бьянка шпионка. Она совсем девчонка.
– Она твоего возраста, а ты себя ребенком давным-давно не считаешь. И раз девчонке хватило ума крутить роман со стихийником, вероятно, прекрасно справилась бы и с ролью шпионки.
– Для романа ей хватило не ума, а красоты, – проворчала Мари. – Но ты прав, я не стану сбрасывать Бьянку со счетов. Как и всех остальных. Паучиха же узнала о Ное с Далилой. Хм… прости… я хотела сказать «драгоценная бабуля».
Инэй расхохотался. Да так, что спугнул спящих на деревьях птиц. Они взметнулись ввысь, громко выражая протест
– Паучиха… Какая прелесть… Кстати, мы пришли.
Мари огляделась. Склепы из серого камня, хоть и обветшали от времени, не казались «призраками», что притаились посреди леса. Было в них что-то монументальное, вечное. И ничуть не уродливое.
– Здесь не так жутко, как кладбище для простых смертных.
Увы, Мари поторопилась с выводами. Стоило войти внутрь склепа клана Вилкоэ, как она закашлялась до слез. Смрад стоял отвратительный, никакой циркуляции воздуха. Нет, здесь не пахло разложением, скорее, просто смертью, если у нее вообще есть запах…
– Лучше подожди снаружи, – посоветовал Инэй, прикрывая лицо платком.
Но Мари покачала головой. Нет, она останется. Доведет дело до конца…
Отец не ошибся. Шкатулка с бусинами нашлась именно там, где он предполагал: в гробу старика Вильгельма, лежала поверх костей. Старинная шкатулка, но не выглядевшая старой. Ею не так часто пользовались. Правда, гроб Вильгельма сначала пришлось поискать среди других, в которых спали вечным сном десятки поколений клана. Многие надписи стерлись. Приходилось едва ли не угадывать буквы.
– На выход, – велел Инэй, едва разжимая губы.
Дважды повторять не требовалось. Мари выскочила из склепа, будто следом гнались. Жадно вдохнула Осенний воздух и с облегчением закрыла глаза. Как же здесь хорошо и свежо. Интересно, склеп клана Дората выглядит также удручающе? Королей и их близких не хоронят в земле, а оставляют именно в склепе. Наверное, все-таки за его состоянием следят. Все-таки он Королевский, а не чей-то еще…
– Уверен, что открывать шкатулку безопасно? – Мари повернулась к отцу.
Он разглядывал находку и как раз коснулся пальцами крышки.
– Замка нет.
– Возможно, неспроста.
– Не думаю, что нам угрожает опасность, – отозвался Инэй воодушевленно. – Пока ты… ты… пока тебя не было, я искал сведения о бусинах с еще большим рвением, чем прежде. И нашел немало интересного. Бусины безопасны, пока не «нацелить» на жертву. Но, главное, с их помощью можно навсегда закрыть проход между мирами. Из древней рукописи я узнал, что под крышкой шкатулки спрятано заклинание, способное запечатать дверь. Им нужно воспользоваться в месте, где в большой мир перешло не меньше трех стихийников сразу. Крыша Зимнего Дворца вполне подойдет. Но одного заклинания недостаточно. Нужно не меньше четырех десятков бусин. Иначе ничего не выйдет. В рукописи сказано, изначально бусин было около ста. Сколько их осталось, мы сейчас узнаем.
Инэй открыл крышку, а у Мари зачастило сердце.
Запечатать проход навсегда?
Замечательный способ защититься от потенциального вторжения магов. Но в большом мире остался Эрм. Ее Эрм!
– Есть! – обрадовался Инэй. – Смотри, заклинание! А бусин не меньше половины.
Мари глянула на алые горошины с золотыми звездами с ненавистью.