Месть Осени

просто отец не умел показывать чувства. Точнее, разучился. В юности он женился по любви. В этом браке родилась дочь. Она погибла в семь лет. Играла в догонялки на Дворцовой лестнице с другими детьми. Упала и… расшиблась насмерть.
– Ох… – Мари тяжело вздохнула. – Ты прав, печальная история. Но я не жалею, что спросила. Прошлое наших семей делает нас такими, какие мы есть.
– Наверное, – пробормотал Эрм задумчиво. – Я стал стражником из-за отца. А он выбрал эту работу, чтобы заполнить пустоту после гибели дочки и смерти жены. Она ненадолго пережила ребенка. Заболела. Ее не смогли спасти. Возможно, она этого сама не хотела. Жаль. Ведь у них могли быть и другие дети.
– Тогда бы не родился ты, – напомнила Мари.
– Ваша правда, – молодой стражник развел руками, мол, с этим не поспоришь. – А ваш отец, зу Ситэрра? Вы никогда не пытались его найти?
Мари чуть не споткнулась. Ох, и неожиданный вопрос. Хотя стоило быть к нему готовой. Она же спрашивала о личном. Почему же Эрму не последовать ее примеру?
Вот только что ему сказать?
Он не поверит, что она никогда не предпринимала попыток разыскать сына Зимы, подарившего жизнь. Но и врать не хотелось.
– Во Дворце немало стихийников, которые подозревали в моем отцовстве Игана Эрслу, – проговорила она осторожно. – Но я не думаю…
– Смотрите!
Эрм не позволил договорить. Резко остановился и вскинул руку, указывая вперед. Они как раз миновали очередной поворот и вышли на широкую дорогу, где их поджидали.
Старушка, опирающаяся на палку!
– Это она… – прошептала Мари. – Та самая… самая…
Сердце екнуло, ибо смотрели на них со стражником отнюдь не по-доброму. Пожилая женщина свела густые седые брови. Морщины на лице казались глубокими, как раны.
– Опять явилась? – старушка прищурилась. – И компанию привела.
– Я не нарочно. Кто-то охотится на меня. Подбрасывает бусины.
– А ты у нас серьезная птица?
По спине промчались мурашки. Колючие, как снежинки. Еще какая серьезная!
– Нет, я сирота. Наполовину человек. Работаю на…
Палка ударилась о землю, разбрызгивая грязь.
– Лгунья! Я чувствую, когда мне говорят неправду! – старушка повторно грохнула палкой, аж земля задрожала, а с белых «стен» посыпался снег. – Не хочешь по-хорошему? Тогда можешь сгинуть здесь. Вместе с кавалером.
– Он не…
Заканчивать фразу не осталось смысла. Палка в третий раз соприкоснулась с покрытой грязью дорожкой, и старуха растворилась, будто и не стояла здесь никогда. В небе громыхнуло и…
– Нет!
Мари схватилась за голову. Они с Эрмом угодили в ловушку. В такую, из которой точно не выбраться без помощи старухи. Сразу с двух сторон выросли ледяные преграды. Точь-в-точь, как та, что отделила Витта Мурэ. Тайной Принцессе Зимы и ее верному стражнику остался лишь клочок земли. Расстояние в пять шагов, не больше. Но не это оказалось самым ужасным. Началась метель. Такая, что способна засыпать все и вся за считанные часы.
– Вы чувствуете? – спросил Эрм хмуро.
Мари поежилась.
– Мы скоро замерзнем, – отозвалась она, обнимая себя руками.
Мстительная старушка что-то сотворила. Раньше они не ощущали холода, будто и не шли в окружении снежных стен. Но теперь прочувствовали его сполна.
Отлично! Не зря Мари вспоминала овраг и Яна. Теперь ситуация один в один…
– Вы слышите?! – крикнула она, запрокинув голову. – Зачем вы так с нами? Мы здесь не злодеи, а жертвы! Кто-то играется с силами, которых не понимает, а вы готовы погубить нас лишь потому, что я не сказала правду о себе?! Но я не солгала! Сказала то, что всем полагается знать!
Никакого ответа. Только удивленный взгляд Эрма.
Но Мари отмахнулась. Не до откровений.
– Ответьте! – снова крикнула она в небо, осыпающее пленников снежными хлопьями. – Мы пытались найти того, кто использует бусины! Но это не так просто! Мы считаем, что бусины передавались из поколения в поколение. Но неизвестно, из какой семьи происходил последний жрец! А потомок хорошо прячется!
Старушка снова не удостоила Мари ответом. А, может, не слышала, ушла. Какой смысл следить, как погибают твои жертвы? То еще удовольствие. Если ты, конечно, не безумец.
– Можно попытаться взобраться по стенам, – проговорил Эрм с сомнением.
– Ты же понимаешь, что это самоубийство.
Мари покачала головой. Нет, это точно не вариант.
Вот, незадача! Один раз она чуть не замерзла насмерть, лишенная погодного дара. И опять все сначала! Но тогда в голову хотя бы пришла гениальная идея, прежде чем от холода остановилось сердце. Сейчас никакие откровения не помогут.
Или помогут?
Может, в этом все дело?
– Чего вы хотите?!