Любительница криминальных историй Надежда Лебедева расследует череду загадочных убийств и самоубийств Жертвы — красавица-фотомодель, крупный бизнесмен, популярная телеведущая, известнейший тележурналист На первый взгляд, эти случаи ничто не объединяет — кроме исполнителей, странных людей, погибающих вместе со своими жертвами Надежда Лебедева вычисляет алгоритм, по которому отбираются камикадзе, но даже ее изощренной фантазии трудно разгадать невероятный мотив убийств.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
Надежда Николаевна?
– Вот, смотрите, список группы, которая была сформирована два месяца назад. И на первом месте по алфавиту кто? Правильно, Анищенко В. П. Значит, можно предположить, что она, Валерия Петровна, просто в один прекрасный день пришла к нему на занятия, по объявлению. И прошла курс – десять занятий, деньги небось заплатила. Возможно, были у него обычные группы. Или тоже что-то он там мудрил, но не в таком масштабе, в городе бы заметили, если бы цепочка громких и непонятных убийств была.
А кстати, Олег, нет ли у вас возможности посмотреть милицейскую статистику за последние полгода? Бывали случаи таких вот непонятных самоубийств или убийств, при которых сам убийца тоже погибал, причем шел на это сознательно?
– Ну это уж вы хватили, Надежда Николаевна, прямо целую теорию разработали! Мы еще не знаем, верно ли то, что этот тибетский колдун в нашем деле руку приложил, а вы уже обобщаете! И потом, я же вам говорил: мне бы со своими делами разобраться, а про остальное пусть у других голова болит.
– Ну ладно, – согласилась Надежда, чтобы не спорить понапрасну. – Так вот, значит, училась она у тибетца этого, а потом с ее помощью он привлек в группу еще двоих, а может, и нескольких. Или только этих двоих – Берете Аникова и Локоткова, потому что про них точно известно, что были они с Анищенко знакомы.
– Откуда вы знаете, что это она их позвала на занятия?
– Я точно не знаю, но могу предположить. Жена Веретенникова в интервью по телевизору говорила, что муж в последнее время какой-то странный стал, все переживал, спал плохо, цитирую дословно: «как будто его кто сглазил». А раз речь идет о том, что кто-то сглазил – тут уж без белой магии не обойтись! Они про это во всех объявлениях пишут:
«снимаю, мол, сглаз и порчу». То же и про Локоткова: когда-то мелькнуло у Камерного, что был он парень тихий, весь в себе, жил одиноко – то есть девушки не было, только мать одна. Чисто гипотетически – могла его Валерия Петровна по-соседски в группу пристроить?
– Только гипотетически… Мы, наверное, этого никогда не узнаем.
– А я вот сейчас о чем подумала, – перебила его Надежда. – Двести долларов – сумма солидная. Допустим, у Валерии Петровны деньги были – она жила одна, работала и могла себе позволить тратить деньги на то, что ее интересовало. Для Веретенникова, директора фирмы – такая сумма не проблема А вот для нищего осветителя – многовато будет. Значит, ищем бухгалтерскую ведомость. – Она снова уткнулась в бумаги и очень скоро нашла:
– Вот! Так я и думала!
Смотрите: сводная бухгалтерская ведомость.
И фамилии Локоткова в ней нет!
– Но там нет и многих других фамилий, – заметил Олег, заглядывая через ее плечо.
– Верно, они указывали не всех обучаемых, с некоторых просто брали наличными, чтобы налог поменьше платить. Но тем не менее фамилии Локоткова – нету. Да, кстати, вы не выяснили, что там с тем типом на бензоколонке?
– Выяснил, – вздохнул Олег. – Его опознали по часам. В общем, у них там, на коммерческом канале, который Камерному прямой эфир предоставил, пропал один.., диспетчер.
– Какой диспетчер?
– Ну который распределяет машины, курирует, какую группу куда послать.
– И в тот день, то есть в понедельник, он дежурил? – воскликнула Надежда.
– Ну да, он, значит, услышал, куда Каморный с операторами поедет, на какую бензоколонку, сам – за ними, а дальше провернул операцию с тамошним дежурным и сжег к чертовой матери всю бензоколонку вместе с Камерным.
– Так-так. И фамилия его… – Надежда вела пальцем по списку.
– Сорокин.
– Точно, как в аптеке! Есть такой Сорокин в списке!
– Да я уж и сам видел.
– Ну теперь-то вы мне верите? Насчет того, что маг этот – злодей! Что-то такое он делает с людьми, что они подчиняются его, приказам. Гипнотизирует или околдовывает, что ли… Я, признаться, во всю эту чепуху не верила, но такие факты заставляют задуматься.
– Могу я, конечно, через верных людей напустить на него милицию, – осторожно начал Олег, – но вряд ли это что-нибудь даст.
Доказательств никаких, он свернет свою деятельность, затихарится…
– А мне не дает покоя вопрос – зачем он это делает? – в задумчивости произнесла Надежда. – Должен же быть во всей его деятельности какой-то смысл.
– Ладно, Надежда Николаевна, я вообще-то на работе. Так что побегу.
– Бумаги можно себе оставить?
– Берите, у меня еще копия есть, – ответил Олег уже из прихожей.
В этот вечер мужа не было дома – у него опять были вечерние лекции, и Надежда, наскоро переделав мелкие хозяйственные дела и накормив ненасытное рыжее чудовище, именуемое котом Бейсиком,
