Любительница криминальных историй Надежда Лебедева расследует череду загадочных убийств и самоубийств Жертвы — красавица-фотомодель, крупный бизнесмен, популярная телеведущая, известнейший тележурналист На первый взгляд, эти случаи ничто не объединяет — кроме исполнителей, странных людей, погибающих вместе со своими жертвами Надежда Лебедева вычисляет алгоритм, по которому отбираются камикадзе, но даже ее изощренной фантазии трудно разгадать невероятный мотив убийств.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
ему расслабиться, она заставляла Павла постоянно работать, делать карьеру…
За спиной снова раздался какой-то скрип.
Павел возмущенно оглянулся – он хотел обругать наглеца, который посмел мешать ему в такой момент…
Но то, что он увидел, поразило его как удар грома. Молодой мужчина – один из тех двоих, кого Павел, войдя, посчитал жертвой дорожной аварии или раннего инфаркта – вылезал из гроба. Его изжелто-бледное лицо, грубо подкрашенное неумелым санитаром, было так же неподвижно, как и у остальных покойников, но бледно-голубые глаза открылись и страшным, немигающим взглядом уставились на Павла. От этого взгляда веяло страшным холодом, ледяным холодом могилы. Павла забила крупная дрожь.
«Бред какой, – подумал он. – Такого не бывает. Что со мной? Я переработал, и у меня начались галлюцинации? А может быть, этот человек находился в летаргическом сне и сейчас пришел в себя от холода?»
Павел огляделся. Оживший мертвец находился как раз между ним и дверью морга, так что выйти можно было только пройдя мимо этого зомби, а о таком страшно было даже подумать. Закричать? Получится глупо и унизительно. Власов представил себе, как о нем будут шептаться – испугался покойника, вызвал охрану… Охранники любят сплетничать о своих патронах, через неделю над ним будет смеяться вся Москва…
Тем временем «живой труп» уже вылез из гроба и двинулся прямо к Павлу. Черный похоронный костюм треснул в плечах – он не был рассчитан на физические усилия. На ногах покойника были пресловутые белые тапочки, и это почему-то особенно напугало Власова.
Лицо мертвеца, как и положено покойнику, было неподвижно и невыразительно, но его глаза, по-прежнему прикованные к лицу Павла, горели страшным ледяным огнем. В этих глазах светилась неотвратимость судьбы.
Павел попятился. Монстр приближался к нему – не слишком быстро, но неуклонно.
Павел еще отступил назад и почувствовал спиной холодную стену. Шаг за шагом оживший покойник приближался…
Павла охватил невероятный животный ужас. Он даже не представлял себе, что ему может быть так страшно. Забыв о своих амбициях, забыв, как он только что боялся насмешек, он хотел крикнуть, позвать на помощь, но спазм ужаса сжал его голосовые связки, и он смог только чуть слышно прохрипеть:
– На помощь!
Разумеется, через толстую дверь морга его хрип никто не услышал. А «живой труп» уже подошел к нему вплотную, и его ледяные руки плотным кольцом сжали горло Власова…
В глазах у Павла потемнело, он попытался сбросить эти страшные руки, но с таким же успехом можно было пытаться разорвать стальной ошейник.
«За что? – думал Павел. – Неужели за Манану?»
Это была его последняя мысль. Монстр со страшной силой сжал пальцы, в горле у Павла что-то отвратительно хрустнуло, и он перестал существовать.
Возле морга больницы святой Елизаветы, что находится на улице Вавиловых, толпилась обычная в таких местах публика – заплаканные женщины в черных кружевных платочках, сухонькие задумчивые старушки, краснолицые насупленные мужчины. Но сегодня была в этом месте и более необычная публика: плечистые подтянутые молодые люди, хорошо одетые деловые господа – охрана и свита Павла Васильевича Власова. Обычную публику охранники отодвинули в сторону, несмотря на всеобщее возмущение. Судя по напряженно-ожидающим лицам охранников и сосредоточенному безделью свиты, сам Власов был внутри. Двое молодцев у входа стояли с таким видом, как будто они вдвоем собираются защищать Фермопильское ущелье.
Олег припарковал машину в сторонке и огляделся.
– Сами видите. Надежда Николаевна, как дело серьезно поставлено.
– Вижу, но давайте все же подойдем поближе.
Надежда взяла его под руку, и они медленно пошли к небольшой толпе, которую охрана Власова оттеснила в сторону от дверей. Надежда рассеянным взглядом обводила окрестности, как вдруг какое-то движение заставило ее вздрогнуть.
– Куда вы смотрите? – отреагировал Олег. – Что случилось?
– Там.., вон, видите, человек удаляется от здания морга.
– Ребенок? – с сомнением протянул Олег.
– Нет, не ребенок, – твердо ответила Надежда.
От морга поспешал странный маленький человечек. Он был сгорблен, одет в старый ватник и без шапки. К лысому черепу были приклеены реденькие волосики. Он очень торопился и на бегу странно подволакивал ногу.
– Это он! – Надежда бегом устремилась за незнакомцем. – Я видела его вчера у колдуна. Карл Иванович! – выкрикнула она на бегу.
Карлик дернул шеей и, не оглядываясь, почти побежал по тропинке. Но Надежда прочно висела у него на хвосте и догнала через минуту.
