а перед тем как отправится нести в мир светлое доброе вечное интересуюсь у вожака гоблов показывая снятую кожу.
— Сможете натянуть её на стул?
— Однорукий хочет сидеть на коже врагов?! — С восхищением в голосе сказал тот и закивал сморщеной головой.
Вот и ладушки, работайте, а я пока навещу наставника и отдам столь нужный ему предмет который вызвал после внимательного осмотра очередную порцию ругательств.
— Я заблуждался и всё обстоит намного хуже чем думал. — Пояснил Касани видя моё недоумение.
— Можно поподробнее, а то голова не соображает о чём речь.
— О том что надеялся увидеть метки на ногтях, а не грязь. Выходит на магах крови была постоянная защита которая противостоит нашей магии и до сего момента я полагал что такое невозможно, но как видишь…. ошибся.
— Почему невозможно? В Миру полно амулетов против Тьмы.
— Знаю. Одноразовых. Частица Света заточённая в предмет в момент атаки высвобождается и как противовес защищает разумного разрушая не только Тьму но и само плетение. После чего некромант проводит повторную атаку и взрывает ему мозги. Конечно при наличии нескольких светлых предметов надо больше попыток, но финал будет один и то что ты не смог пробить астральное тело кровавых означает что необходимо узнать причину почему это произошло.
— Устроить засаду в Городе?
— Нет. Я сам этим займусь и в качестве поощрения за отличную работу дам тебе магическую кость которая пойдёт на основу висюли.
— С какого она зверя?
— Не знаю. В своё время мы нашли парочку костей во время возведения стен. Полагаю они пылились не одно тысячелетие прежде чем кто-то из некромантов их заметил.
— А хватит такой маленькой? — Со скепсисом поинтересовался вертя обломаный кусок чуть длиннее карандаша.
— Если расматривать её как временный вариант то да, а если полагаешь что найдёшь лучше то отложи или отдай артефакторпм. Они сделают из неё что нибудь интересное. И напоследок, если почувствуешь что происходят какие-то изменения не показывай это окружающим, а сразу ко мне.
— ???
— Объяснений не будет. Потом сам поймёшь почему.
Загадки, тайны, интриги. Как это раздражает не передать словами и возратясь в замок, бухнувшись в кровать долго ломал голову складывая мозаику событий в цельную картину как слух зацепил чуть слышный шорох шагов. Запах. Её запах. И когда жаркое мягкое тело прильнуло к груди она спросила.
— Почему?
— Честно?
— Да.
— Я сотканый из противоречий заточенный на одиночество клинок которого утомляет суета и мельтешение вокруг.
— А я?
— Ты? Ты единственное светлое пятно на общем фоне тоски и безнадёги. Ты и ещё одна пичуга.
— Какая?
— Небольшая, за ней ещё тянется разноцветный шлейф дыма, она помогла мне принять решение. Важное. И с тех пор помню о ней.
— Хочешь уйти отсюда?
— Да, но не так скоро. Не хочу сидеть в четырёх стенах когда вокруг такой огромный Мир.
— Я пойду с тобой.
— Возможно. Мы ведь лишь планируем наши судьбы, а Боги их знают напер…..
И жаркие губы накрывшие рот прервали фразу, но почему-то совершенно об этом не пожалел.
На утро выжатый до последней капли я с трудом поднялся под призывные вопли гоблов которым не терпелось показать плод своих трудов над которым они корпели всю ночь. Глядя на то что смастрячили дикари подумал что идея, позаимствованная у древних греков, когда судья сидел на стуле обитым кожей своего предшественника в реализации вышла не очень. Может лишними были косточки которые дикари привязали к спинке или бурые пятна повсюду, не знаю, но похвалив за старание и рвение, ибо окровавленные зубы вбитые в сиденье по бокам явно совсем недавно были у них во рту решил подарить сие творение Заллии и отправившись на поиски увидел её в компании вчерашних пленников со товарищи. Водя возле девушки хороводы они беспрестанно сыпали комплименты: мол какая она красивая, умная, добрая, замечательная, очаровательная и т.д. и т.п. Судя по ответным улыбкам, потупленым глазкам, покрасневшим щёчкам этой чертовке ситуация весьма нравилась, но стоило только сделать шаг в сторону их тесного кружка как выпяченые груди у мужиков сдулись, вмиг распущенные хвосты приувяли и заткнувшись бочком, бочком отошли в сторонку не выпуская меня из вида.
— Нравится?
— Ой. Так необычно. А почему рисунок такой серый?
— Понятия не имею, когда сдирал кожу был яркий, возможно если хозяин шкурки смажет его кровушкой то вновь заблестит.
