Месть в законе

— из мягкой тонкой кожи, со специальными ремешками и «липучками», позволяющими крепить ствол к ноге выше щиколотки под брючиной.
Так, что там еще, в заветном шкафчике? Ага! Эта спецназовская фиговина будет нелишней.
Андрей приладил к брючному ремню — справа сбоку — жесткие ножны, в которые опустил многофункциональный нож разведчика. Широкое лезвие было настолько прочным, что при хорошем ударе пробивало лист двухмиллиметровой стали. Кроме того — Таганцев, на всякий случай, проверил — в массивной эбонитовой рукояти, полой внутри, хранились специальная плевательная трубка с комплектом тонких игл (наконечники были обработаны временно парализующей жидкостью) и металлическая нить длиной не более полуметра с двумя петлями по краям. Помимо обычного штопора и консервной открывалки спецназовский нож, точнее, сами ножны, были сконструированы, как однозарядное огнестрельное устройство. Прицельно выстрелить из них можно было, находясь от объекта в десяти метрах.
На этом экипировка не закончилась. Пистолет Макарова в плечевой кобуре — само собой. Пару запасных магазинов — естественно. Два комплекта наручников надо взять — вдруг пригодятся.
Хранилась в шкафу и еще одна интересная «примочка», добытая Таганцевым в вынужденных скитаниях по Стране восходящего солнца, о которых читателю будет непременно рассказано. К этой самой «примочке» Таганка относился трепетно. Слово «сюрикэн-дзюцу» о чем-нибудь говорит? То-то же. Не многим известно о метательном оружии, пришедшем в Европу от японских самураев.
По форме эти различные металлические предметы могут напоминать плоские звездочки, шестерни, маленькие копья или палочки. Все зависит от их прикладного назначения. Зажав сюрикэны подходящей формы в обеих руках, ими можно колоть, рвать, вспарывать, как кастетами в рукопашном бою. Искусство метания сюрикэнов восходит к технике метания ножей — от тан-то до короткого меча вакидзаси, а так же специальных метательных стрел утинэ.
Сюрикэны метают, как правило, сериями, очень быстро, один за другим, с подкруткой, используя так называемый эффект крыла, значительно увеличивающий скорость полета и дальность броска. Но не будем углубляться в технические детали, тем более, что для этого пришлось бы написать отдельную книгу — чуть большую по объему, чем цикл романов о Константине Разине по прозвищу «Знахарь».
К сюрикэнам прилагался широкий матерчатый пояс с ячейками-карманами, который Андрей и надел на себя.
Вот, кажется, и все. Не забыв положить в карман пиджака мобильный телефон, Таганка вышел из дома.
— Андрей Аркадьевич! — обратился к нему один из дежуривших во дворе охранников. — Мы — с вами?
— Нет, пацаны. Отдыхайте. Сегодня — я сам.
Усевшись за руль джипа «Чероки», известного всему миру под названием «Либерти», Андрей включил передачу и резко рванул с места, оставляя за спиной густые клубы пыли, поднявшиеся с грунтовой дороги.
«Чероки» был заранее подготовлен Андреем в качестве дежурного джипа.
В бардачке всегда лежали электрический фонарь, пачка стодолларовых купюр, два иностранных паспорта с фотографиями Таганцева, картонная коробка с патронами для «макарова» и карта автомобильных дорог.
В хитроумных тайниках покоились складной укороченный автомат Калашникова, несколько гранат Ф-1.
В багажном отсеке — легкая веревочная лестница, малая саперная лопата и двадцатиметровая капроновая стропа с тройным крюком и крупными узлами.
В контейнере между передними сиденьями — термос с крепким горячим кофе.
Вот такой получался Джеймс Бонд в фирменной упаковке. И — ничего смешного, доложу вам по секрету. Выжить захочешь — и не такого припасешь на всякий пожарный.
Об одном не знал Андрей Таганцев. В машине постоянно работал радиомаяк, вмонтированный яйцеголовым Кнутом — Сергеем Лопатиным.
Посчитав нелишним знать, в какой географической точке находится серебристый «чероки» в тот или иной момент, Кнут, используя навыки, полученные в ФАПСИ, присобачил к машине маячок, настроив его на свой карманный компьютер.
Стоило джипу взреветь мотором и тронуться со двора конспиративного загородного дома, как компьютер Лопатина тревожно заверещал.
— Опаньки! — удивленно воскликнул Кнут, доставая из внутреннего кармана пиджака хитро-мудрую машину. — Куда это ты собрался, уважаемый Андрей Аркадьевич? — произнес он вслух и включил дисплей.
На плазменном экране высветилась крупномасштабная карта Ленинградской области, испещренная автомобильными дорогами-нитками. По одной из нитей в направлении побережья