Место, где живёт счастье

– мягкие и удобные, и расположенные так, словно находились в какой-нибудь гостиной. Иллюзию гостиной дополняли диваны, столики и что-то вроде барной стойки, а лёгкие занавески поверх привычных плотных шторок на окнах, мягкий ковёр на полу и несколько картин завершали образ. И единственное, что указывало на то, что мы всё же в самолёте – четыре специальных детских кресла, рядком закреплённых на одном из диванов.
В одно из них Кристиан усадил Арти, тщательно пристегнув его специальной «сбруйкой», похожей на ту, что была у автомобильных детских кресел, в другие были посажены Кевин, Уоррик и, к моему удивлению, Лаки, которого Рэнди пристегнула точно так же, как и собственного сына. Причём пёс совершенно спокойно, и даже привычно, сидел в не самой удобной для собаки позе, похоже, Лаки – опытный путешественник, и такой способ передвижения для него не в новинку.
Старшие дети расселись в обычные кресла, как и взрослые. При этом пристегнулись только мы с Кристианом, Томас, Джулия и дети. На мой вопросительный взгляд, Кристиан улыбнулся:
– Остальным это не нужно.
И я даже уточнять ничего не стала. Действительно, зачем людям со сверхспособностями какие-то ремни безопасности? Точнее – не людям, конечно, но просто мне так было привычнее думать.
Когда самолёт взлетел, и всем разрешили отстегнуться и встать, если хочется, дети собрались в углу, свободном от мебели, видимо, специально для этого предназначенном, уселись на ковре, разложили какую-то игру и стали тихонько в неё играть, лишь иногда раздавался их общий смех. Старшие близнецы пристроились рядом, один на спинке кресла, другой на полу, наблюдая за игрой. Взрослые негромко переговаривались. Арти продолжал спать.
– Здесь есть спальня, – сказал Кристиан, расстёгивая наши ремни. – Если хочешь, его можно туда переложить.
– Не стоит, он скоро проснётся, – покачала я головой, потом вновь посмотрела на играющих детей. – Старшие близнецы, я смотрю, вроде нянек. Глаз с ребятишек не сводят.
– С близняшек, – уточнил Кристиан. – Ничего удивительного, они же их половинки.
– Половинки? – удивилась я. – Уже? Но они же дети совсем?
– Так вырастут когда-нибудь, – пожал плечами Кристиан. – А близнецы за ними присмотрят лучше любой няньки.
Я вспомнила, что молодые мужчины постоянно находились рядом с девочками, буквально не спускали с них глаз, и столько заботы, внимания, а порой и тревоги было в этих взглядах, что я поняла – благополучие девочек для них самое важное в жизни.
– И часто так бывает, что половинки встречаются такими юными? – полюбопытствовала я.
– Насколько мне известно – четыре раза, считая обе семьи. Одна пара уже взрослая, своих детей имеет, ещё в одной девочка немного постарше близняшек. Ты с ними скоро познакомишься, они все сейчас в Долине.
– Интересно, а как на это реагируют родители девочек? – задумчиво пробормотала я сама себе, но меня услышали.
– Рычат, – захихикала Рэнди. – И пытаются разорвать будущих зятьёв на месте.
– Не преувеличивай, – с наигранной обидой возразил ей Гейб. – Допустим, я рычал, но никого разорвать не пытался.
– Это потому что мы с Коулом и Робом тебя втроём удерживали, – захихикал Дэн.
– Я ж тогда не знал! Я вообще про существование половинок за полчаса до этого узнал, – обида Гейба стала непритворной. – Любой бы на моём месте озверел. Малышкам по четыре года было, всего-навсего.
– Мы всё понимаем, – Рэнди уселась к Гейбу на колени и стала поглаживать его по лицу, словно успокаивая. У неё получилось, Гейб расслабился и чуть прижмурился, с удовольствием принимая ласку. – И ты быстро успокоился, когда понял, что это не беда, а благо.
– Именно таким способом она его в тот раз и успокоила, – продолжал ехидничать Дэн.
– А кто-то скоро будет отлучён от котлет где-то на месяц минимум, – задумчиво произнесла Рэнди в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Понял-понял, молчу, – Дэн демонстративно «застегнул» рот на невидимую «молнию». Потому, уголком рта, прошептал, хитро косясь в нашу сторону. – Насмехаться над Гейбом – это исключительно её личная прерогатива и больше ничья.
– Вот именно, – даже не стала отрицать Рэнди, после чего приникла к своему мужу, а тот прижался щекой к её макушке и стал тихонько покачивать. И похоже, в данный момент им уже не было дела до всего остального мира.
Дэн с доброй улыбкой посмотрел на эту парочку и, отвернувшись, заговорил о чём-то с Джеффри, а я оказалась сидящей на коленях Кристиана.
– Мне так больше нравится, – целуя меня в макушку, шепнул он. – Раз уж нам разрешили отстегнуться…
– А куда мы летим? – задала я, наконец, вопрос, который раньше меня как-то не интересовал.
Я никогда не задумывалась,