Место преступления

Раз вы так хорошо меня понимаете, я должен предположить, что и вам не чужд горький удел одиночества.
Барбент. Так и есть.
Полковник. Ни сестер, ни братьев, ни детей, ни племянников?
Барбент. И даже ни одной подруги.
Полковник (великодушно). Подруга вовсе не помешает.
Барбент. Я из числа людей, обреченных на одиночество.
Полковник. Не говорите так, миссис Барбент. Красивая одинокая женщина — это как генерал без армии.
Барбент. Вы восхитительно шутите, полковник.
Полковник. Соль в том, что под армией я понимаю британских мужчин. Они только и ждут команды, чтобы все, как один, умереть…
Барбент. Как это — умереть?
Полковник. …от восторга, при виде вашей красоты.
Барбент. Вы так считаете?
Полковник. Совершенно искренне.
Барбент. Чтобы вынести все тяготы жизни, нужно уметь улыбаться. Сквозь слезы, быть может. Ко улыбаться. Признаюсь, вот уже четверть часа я радуюсь, что решила провести лето в Брайтоне.
Полковник. Здесь чудесно. Хотя дороговато, не так ли?
Барбент. Не для меня. Я не стеснена в средствах. Судьба избавила меня от бедности, в которой прозябает элита среднего сословия. Но я слышала, что государство — не слишком благодарный отец для своих офицеров.
Полковник (возмущенно). Не слишком! Тоже мне отец! Вы слишком вежливо отзываетесь о подлом государстве. Оно любит кричать о всеобщем благоденствии, но окружает заботой лишь низшие классы. Выбрасывает огромные средства на их убогие потребности. А те, кто проливали кровь, создавая прежнее богатство и утраченное величие Англии, умирают в нужде и забвении. Эти герои повергли к своим ногам земной шар, а ныне не имеют подушки, чтобы приклонить голову. Они с боями прошли миллионы миль, а у них за душой — ни гроша. Простите, что я так возмущаюсь. Но неблагодарность возмутительна. Мои друзья называют меня гневливым стариком.
Барбент. Да, досадно. Что ж, полковник Броклсби, была рада знакомству. (Хочет уйти.)
Полковник. К счастью, лично я избежал столь печальной участи. Могу сказать, что имею значительное состояние. Было бы бестактностью сообщать вам, какой доход…
Барбент. Больше ста тысяч?
Полковник. Намного.
Барбент. Достаточно, полковник. Не желаю этого знать.
Полковник. Но разве земные блага восполняют отсутствие понимания? Заменяют душевную близость?
Барбент. У каждого человека есть душа.
Полковник. Мое любимое изречение. Сударыня, я счастлив слышать его из ваших уст. Миссис Барбент, у меня к вам просьба, дерзкая просьба. Но я старый солдат. Солдат того времени, когда Англия еще имела обыкновение побеждать. Назовите мне ваше имя!
Барбент. Полковник!
Полковник. Ваше имя!
Барбент. Ну… Лидия.
Полковник. Лидия. (Целует ей руку.)
Барбент. Полковник, вы знаете, что способны убить женщину?
Полковник. Разумеется, знаю. (Пугается.) На что вы намекаете?
Барбент. Le mort douce. Вечное блаженство. А теперь уходите!
Полковник. Мы еще увидимся, Лидия?
Барбент. Возможно.
Полковник целует ей руку, раскланивается.
Барбент(про себя). Олух царя небесного.
Полковник(про себя). Непроходимая дура. Глупее всех прочих.
Они машут друг другу на прощанье, расходятся в разные стороны.
Инспектор(входит с длинной трубкой, раскуривает ее). Какая прелесть.

Холл в доме Броклсби. Двери в прихожую, в кухню, в сад и под лестницей в подвал и винный погреб. Галерея с двумя дверями. Занавес поднимается. Пауза. Люстра падает. Пауза. Додд и Перкинс.
Додд. Перкинс, люстра упала.
Перкинс. Так точно, мадам. Кажется, она упала с потолка.
Додд. Вы правы, Перкинс. Как всегда. Унесите ее.
Перкинс. Слушаюсь. (Рассматривает