Место преступления

просто увезти Инглторпа в Калифорнию.
Полковник. Почему в Калифорнию?
Лидия. Наследовать приемному ребенку можно только по калифорнийскому праву. Так что Инглторп лежит в могиле под пальмами неподалеку от Сан-Сити.
Полковник. А ребенок?
Лидия. Утонул в холодном море. Передай мне еще один сэндвич, Джон. Да, это была элегантная смерть.
Полковник. Как ты это устроила?
Лидия. После несчастного случая с Ингторпом мы вернулись в Англию и поселились на побережье. В Америке мальчик научился грести на байдарке. Я при свидетелях запретила ему выходить на байдарке в море. В письменном виде, если не ошибаюсь.
Полковник. И что?
Лидия. Я же говорила, мальчишка был строптивый. Он утонул.
Полковник. Ты знала, что он поступит тебе назло. Очень ловко и элегантно с твоей стороны. Вот видишь, Лидия, элегантность тебе идет. Люблю женственных женщин.
Лидия. Вот и все, Джон. Я поняла, как делаются такие дела. Потом я выходила замуж за мистера Масгрейва, мистера Клитеринга, мистера Нокса, мистера Мередита, мистера Барбента, мистера Броклсби.
Полковник. Не будь бестактной, дорогая. Знаешь, кто я?
Лидия. Нет. А ты важная птица?
Полковник. Да. Ни больше ни меньше, как кузен твоего первого мужа.
Лидия. Не может быть. Ты кузен Джон? Скотина Джон? Скелет в семейном шкафу Инглторпов? Неужели?
Полковник. Так ты слышала обо мне?
Лидия. Только хорошее.
Полковник. Вижу. А ты, моя дорогая, — непосредственная причина моей карьеры. (Целует ей руку.) У меня были долги. Огромные долги. Что ж, ничего бесчестного, тем более постыдного, в этом нет. Долги джентльмену не в укор, особенно в Индии. Но там был один замшелый генерал… Короче, дело приняло неприятный оборот. Спасением был, конечно, кузен Инглторп в Калифорнии. Но он умер с твоей, дорогая моя, помощью. И все, что я получил, было нелюбезное, действительно чрезвычайно нелюбезное, письмо от его вдовы. Как я тебя возненавидел. Тогда.
Лидия. Извини, Джон. Если б я только могла предвидеть…
Полковник. Я был совершенно разорен. Другие в моем положении пустили бы себе пулю в лоб, а я женился. Матильда была действительно очень богата. Однако, мы с ней не спелись.
Лидия. Она была недостаточно богата?
Полковник. Поверь мне, Лидия, я никогда не гнался за деньгами. Но жена отняла у меня высшее благо, которым обладает мужчина. Свободу. Я был женат всего три недели, когда предо мною явилась она. Огромная, темная. Загадочная…
Лидия. Кто? О ком ты говоришь, Джон?
Полковник. Каракум.
Лидия. Кара кто?
Полковник. Пустыня, дорогая. С тех пор каждый раз, когда кончался мой медовый месяц, меня брала тоска по неизведанной, бесконечной дали. Каракум покорила меня, овладела моими мыслями и мечтами.
Лидия. Какие вы, мужчины, лицемеры. Не рассказывай мне, что ты угробил своих жен из-за этой Кары-как-ее-там, а не из-за их состояния.
Полковник. Не из-за денег, Лидия. В глубине души я желал не денег.
Лидия. Ну-ну.
Полковник. Лидия, ты так чудесно женственна. И совершенно бесчувственна. Я нахожу тебя сногсшибательной. Что ты на это скажешь?
Лидия. Я считаю тебя просто совершенством, Джон. Давай разведемся.
Полковник. Развод? Но ты же отвергла мое предложение о разводе?
Лидия. Тогда я тебя не знала, как знаю теперь, Джон.
Полковник. Конечно, идея несколько неожиданная.
Лидия. Позволь мне надеяться, Джон.
Полковник. Лидия, я согласен.
Лидия. Когда?
Полковник. Когда тебе угодно, любовь моя.
Лидия. Как можно скорее.
Полковник. И навек, и навсегда.
Обнимаются.
Лидия. А теперь я устала. Ах, я засну, как сурок.
Полковник. И я. Вот уже шесть ночей, как я не смыкаю глаз.
Лидия. Бедняжка.
Полковник. Я всегда был