Место преступления

навсегда. С вами, Перкинс, я не смогла бы расстаться. Никогда.
Перкинс. Я также весьма сожалел бы об этом, мисс Дженнифер.
Дженнифер. А знаете, Перкинс, почему я продолжаю воровать?
Перкинс. Полагаю, вами движет некое артистическое тщеславие.
Дженнифер. Вздор. Какой смысл в искусстве, если оно тебя не обогащает? Я ворую, чтобы не расставаться с вами, Перкинс. Если я перестану красть, мисс Додд объявит мое перевоспитание законченным и сразу порекомендует меня на должность секретарши какому-нибудь вульгарному министру или члену парламента. Так что мне приходится иногда разыгрывать рецидивы моего прежнего порока. Если б я вас потеряла, Перкинс, я бы покончила с собой как индийская вдова. Разумеется, я вовсе не считаю, что эти индийцы хоть в чем-то превосходят нас. Но если бы вы меня покинули, я бы поступила, как они.
Перкинс. Не думаю, что вам следует так поступать, мисс Дженнифер.
Дженнифер. Вы не сможете мне помешать.
Перкинс. Возможно, я сумел бы предотвратить наше мучительное расставание, мисс Дженнифер. Позвольте спросить, могли бы вы представить себе свою жизнь в качестве миссис Перкинс?
Дженнифер. Что вы имеете в виду?
Перкинс. Мисс Дженнифер, у меня к вам просьба. Окажите мне великую честь — протяните вашу руку. На всю жизнь.
Дженнифер. Я весьма рада вашему предложению, мистер Перкинс, но вы застали меня врасплох. Вы никогда не выказывали ко мне особых чувств.
Перкинс. Я считал неуместным проявлять свои чувства — кроме как в те моменты, когда это требуется согласно общепринятой традиции. Теперь, по всей вероятности, наступил такой момент. Дорогая мисс Дженнифер, со дня вашего поступления я был очарован вашими изящными манерами и покладистым характером, нежностью вашей кожи, темнотой ваших глаз и ловкостью ваших пальцев. Со временем я научился ценить ваше обаяние и прелесть ваших суждений. И вот я дерзаю выразиться в том смысле, что, исходя из вышеназванных и ряда других причин, я люблю вас всей душой.
Дженнифер. Я чрезвычайно счастлива, узнать об этом, мистер Перкинс. Вы знаете, что я вас уважаю и восхищаюсь вами. Может быть, вы не знаете, как сильно я вас люблю. Но это так. Я люблю вас со страшной силой.
Перкинс. Милая моя Дженнифер.
Дженнифер. Мой супруг.
Перкинс целует ее в лоб.
Сюда идут.
Оба уходят. Входят Флетчер и Полл. Он несет венок «От благодарного учительского состава». Прислоняет его к гробу.
Полл. Никак не пойму, почему люди так носятся с мертвецами. Мертвецам-то от этого какой прок?
Флетчер. Носятся, потому что совесть нечиста. При жизни не удосужились проявить симпатию и успокаивают себя, оказывая любезность задним числом.
Полл. А к ней никогда никто не испытывал симпатии. Конечно, пока из нее выжимали деньги, приходилось притворяться. Но глупо лицемерить, если больше уж ничего не выжмешь.
Флетчер. Я думаю, ей оказывают уважение просто потому, что она мертва.
Полл. Это не причина.
Флетчер. В каждом человеке есть что-то, достойное уважения, Полл. Об этом вспоминают в тот момент, когда уже нет шанса ничего исправить.
Полл. Считаю, он поступил разумно, что ее угробил.
Флетчер. Кто?
Полл. Полковник. Разве не ясно?
Флетчер. С какой стати ему ее убивать?
Полл. Это было на седьмой день.
Флетчер. На седьмой день — чего?
Полл. Их женитьбы. Седьмой день — критический в любом браке.
Флетчер. Ага.
Полл. А вам доставило бы удовольствие угробить меня? Можете это представить?
Флетчер. Вообще-то не могу.
Полл. А ведь я хорошенькая.
Флетчер. Я имел возможность видеть большую часть ваших прелестей.
Полл. И не хотите меня угробить?
Флетчер. Нет.
Полл. Ничуть?
Флетчер. Ничуть.
Полл. Какой вы противный. Я вас люблю, а у вас даже нет желания меня угробить. Как, по-вашему, вы себя ведете, мистер Флетчер?
Флетчер.