Действия разворачиваются в 2033 году, в московском метрополитене. Один из его жителей, Вадим Миронов, проживает на станции «Цветной Бульвар» и ему… скучно? С давних пор он мечтает выйти в мертвую Москву, на поверхность, и однажды его мечта сбывается. Но, помимо выхода на поверхность, Вадим получает задание от умирающего рейнджера: доставить секретные бумаги на «Маяковскую». Искатель приключений берется за, казалось бы, простое задание, но его планы резко меняются и не в хорошую сторону…
Авторы: Бородулин Егор
Вот это, хоть, повеселее будет! Да только хорошего в этом ничего нет, считай, люди погибли, бумаги украли, начальство в бешенстве… Супер!
В бригаду вместе с Вольдемаром входили Роттенфюрер (или просто капрал, бригадир), Генрих (пулеметчик), Лёха и Григорич, или, как их называл бригадир: клоуны. Два лучших друга в бригаде. Любили часто прикалываться, за что отхватывали люлей от Роттенфюрера. Он старался поддерживать в бригаде дисциплину всегда, но иногда и сам был не против хорошо посмеяться.
Сейчас Вольдемар сидел на стульчике у костра и пил чай. Напротив сидел Генрих и задумчиво смотрел вниз. Собеседник из Генриха был никакой, и не любил он просто так языком чесать. Может потому, что человек такой скрытный был, а может из-за того, что умом не блистал. Лёха и Григорич сидели с другой стороны путей, на земле, и чистили свои сорок седьмые калаши. А Роттенфюрер стоял у мешков, и, как будто надеялся что-нибудь увидеть, вглядываясь в темноту. В таком положении бригада пребывала почти всегда. И в большинстве случаев ничего на посту не происходило. Крысы пробегали, караван проходил, ну, может, падальщик где-нибудь да проскочит, шуганется и убежит. Жизнь бригады была «полна» приключений.
В темноте раздался стук. Такой звук, как будто камень упал. Через секунду повторилось, и снова.
— Это че за шутки?! — крикнул Роттенфюрер в темноту. Ответа не последовало, только лишь кто-то снова кинул камень.
— Ты че там, бесстрашный что ли? — продолжал кричать в темноту бригадир, — Жить надоело?! Сейчас ведь найдём, так не обрадуешься!
Но никто не ответил, и снова последовал бросок камнем в сторону блокпоста.
— Гад! — прошипел бригадир и кинул взгляд на друзей, — Лёха, Григорич, сходить проверить, сейчас же!
Друзья послушно встали, взяли калаши в руки и пошли вперёд. Когда товарищи пропали в кромешной темноте, звук шагов не прекращался ещё с полминуты. Потом послышался звук падающих тел, весом в семьдесят кило. И тишина…
— Э! Придурки! — снова подал голос бригадир, — Вы шутить вздумали?! Эй! Не сметь молчать, когда начальство говорит!
Но никто не отвечал. Бойцы напряглись. Вольдемар и Генрих встали с мест, и медленно начали подходить к мешкам.
— Твою мать! — пробурчал Роттенфюрер и снял с плеча калаш, — Вам особое приглашение нужно? Чего встали? Генрих за станок! Вольдемар автомат возьми и сюда подойди! Приготовиться!
Бойцы встали вдоль путей. Генрих занял положение у пулемёта, с другой стороны стояли бригадир и Вольдемар. В боевой готовности дежурные стояли минут пять. Генриху это надоело, и он, осмелев, высунул голову вверх.
— Генрих, те че, твою мать, совсем жить надоело?! Дебил! Вернись… — Начал было отчитывать солдата бригадир, но было поздно. В следующее мгновение на месте головы Генриха забил фонтан крови. Бойцу выстрелом снесло голову. Тело Генриха отлетело назад на метр.
— Что за… — возмутился было бригадир, но замолчал на полуслове. Свистнуло, и из шеи капрала заструилась кровь. Роттенфюрер, глотая воздух, опустился на колени и упал. Осознание к Вольдемару пришло слишком поздно. Он набрал в легкие воздух, чтобы крикнуть: «Тревога!». Но в следующую секунду снова свистнуло, и грудь его пронзила резкая боль. С неведомой силой солдат отлетел назад и посмотрел на себя. Из груди ручьями текла кровь. «Вот тебе и разнообразие» — пронеслась в голове дежурного последняя мысль. В глазах его потемнело.
В дверь легонько постучались. Вадим и охранник удивленно подняли глаза на дверь. Стук повторился.
— Чего там, затащить не могут? — удивился охранник и подошёл к двери. Аккуратно нажал на ручку и широко открыл дверь. За дверью стоял один человек в боевой форме, но разглядеть гостя Вадиму не удалось из-за закрывшего весь проём охранника. Последовало резкое движение пришедшего, и охранник пошатнулся, закряхтел, и медленно встал на колени, а потом упал. Из левого бока умершего охранника потекла кровь. Вадим поднял глаза на спасителя. Тот быстрым шагом подошёл к стулу, разрезал веревки и пошел обратно к двери. Вадим, потирая руки, вопросительно посмотрел на спасителя.
— Ну, и чего ты сидишь, дурья башка? — прозвучал знакомый голос. — Нам идти надо, а ты сидишь здесь, пузо чешешь.
— Емельян? — не поверил своему счастью Вадим.
— А кто ж ещё? — довольно переспросил рейнджер, — Ты идти можешь?
— Ага…
— Ну, у тебя и рожа, конечно… Про бумаги ничего не сказал?
— Даже не думал.
— Красавчик! — Тихо воскликнул Емельянов, — Так, давай выбираться. Вот возьми, — рейнджер протянул Вадиму ПБ и нож. — Пригодятся, возможно. А теперь — ноги в руки, и тихонько, без лишнего
