Метро 2033. Секреты Рейха

и Вадим заковылял к костру. Стоило признать, старик играл отменно. Такой замечательной игры Вадим не слышал очень давно. Но стоило старику запеть, как музыка утратила все свои краски: голос был настолько грубым и не певучим, что уши чуть ли не пилило, в прямом смысле этого слова.
Сморщившись, Вадим встал, и продолжил свой путь до казарм. Долго ковылять не пришлось, потому что Егерь сам его нашел. Возмутившись, что Вадим не в палате, а свободно гуляет по станции, Егерь все же смирился: раз так заведующий сказал, чего тут спорить? Врачу виднее, как-никак. Рейнджер провел Вадима до столовой — время обеда наступило. Выбрав гречку, шашлык из свинины, чай и пару огурцов, товарищи уселись за стол, который стоял в самом углу. До этого Вадим огурцов не ел. Но, как только он откусил небольшой кусочек, вкусовые рецепторы ликовали. Такой вкуснятины им ещё не доводилось встречать. А может и доводилось, но этот вкус они забыли много лет назад. Вадим был на седьмом небе от счастья. До чего же вкусно было то!
— Какая фкуфнятина! — пробурчал Вадим с набитым ртом, — А на Фветном такиф не пводавали. Как, гововиф, навываются?
— Прожуй сначала, потом говори, — хмыкнул Егерь, — О-гу-рец. Зеленый такой, видишь? Этот овощ в метро редко где встречается. Выращивают на Ганзе, может ещё где-то, но на других станциях он мне не встречался. Погоди ещё, ты помидоры попробуй — они того слаще. Раньше народ на дачах такие овощи выращивал, до Удара. Почти на каждом участке имелись. А летом или осенью овощами все прилавки забиты были, для тех, у кого своей дачи нет.
— А дача — это что? — прожевав, спросил Вадим.
— Дача-то? Да как же, домик в деревне, не слыхал о таких, что ли?
— А, в деревне. Слышал, конечно, забыл, может просто. А помидоры как выглядят?
— Красные такие, округленной формы. Ты же со мной на раздаче стоял, так не видел что ли?
— Так вот что это было-то! А что они восемь патронов стоят? За такую сумму можно тарелку гречки ж взять.
— Удовольствие бесплатным не бывает, сам же знаешь, — начал пояснять Егерь, — А за такую вкуснятину и восьми пятерок (патроны пятого калибра) не жалко, уж поверь мне. Наелся?
— Ага, — довольно протянул Вадим, — А теперь можно и идти.
— Куда? — не понял рейнджер, — В медпункт?
— На Киевскую.
— А не рановато ли? — возразил Егерь, — У тебя вон, голова обмотана. Может, отлежишься?
— Да все нормально, хожу ведь. Врачиха та сказала, что завтра можно бинты будет снять…
— Если тебе голову опять бить не будут, — недовольно пробурчал Егерь, — Ну что ж, ладно. Чем скорее, тем и лучше. Отпрашивайся у врача, а я пока пойду, узнаю, во сколько караваны от станции отходят. Потом за тобой зайду, и чтобы ты был в полной готовности, договорились?
— Ага, — довольно пробубнил Вадим, и пошел в медпункт. Нога почти не болела, и поэтому Вадим уже не ковылял, а шел уверенной походкой. Однако медсестра отказывалась отпускать со станции пациента, но на этот раз, после непродолжительного спора, быстро сдалась. Поняла, видимо, что больной упертый, как осел, и его уже не переубедить. Собираться даже не пришлось, вещей-то нет, собирать нечего. До прихода Егеря Вадим лежал на кушетке.

Егерь пришел спустя час, в полной готовности: надел шлем, бронежилет, подсумки, все то, в чем он был при первой встрече. В одной руке рейнджер держал свой походный вещь-мешок, а в другой держал сумку.
— В общем, караван отбывает через сорок шесть минут, я обо всем договорился. А пока, на, приоденься, — он бросил сумку рядом с Вадимом, — Не идти же тебе в люди в таких обмотках.
В сумке были свитер, кожаная куртка, заштопанные штаны и берцы. Почти все пришлось по размеру Вадиму, за исключением свитера. Свитер был великоват в рукавах, но не сильно, носить можно. Переодевшись, Вадим повертелся перед Егерем, тот одобрительно кивнул и сказал, что будет ждать его у пропускного пункта, и ушел. Времени хватило на то, чтобы попрощаться с медсестрой. Та, не скрывая радости от ухода скандального пациента, пожелала Вадиму удачи и предложила снова сделать перевязку, но тот отказался. Врач пожала плечами и пошла по другим палатам.
Караван отправлялся в шесть вечера. Не поздновато ли? Впрочем, караванщикам виднее. Вадим двигался к пропускному пункту через всю платформу. В намеченном месте его уже ожидал рейнджер. Встретившись, товарищи отправились в таможню. Егеря пропустили без проблем, но с Вадимом у ганзейцев возникли трудности. Если человек без документов, куда его такого?
— Нет документов — нет прохода, — твердил таможенник, — Простите, но пропустить я Вас не могу. Следующий!
— И что ж делать? — спросил Вадим у ганзейца.