Метро 2033. Секреты Рейха

— Документики у нас приобрести можно, но, сразу говорю, не бесплатно.
— Слушай, мужик, — вмешался Егерь, — Пропусти нас по-хорошему, а? Ну, чего тебе стоит?
— Ага, как же, — всплеснул руками таможенник, — А если Вы тут бомбу заложили? А как отчалите, так кнопочку нажмете, и все… А потом разбирайся: кто, зачем, где искать? Мысль понятна?
— Что ты на смех себя выставляешь? Будет рейнджер бомбу просто так закладывать, ага. Особенно на Ганзе…
— Рейнджер, говоришь? — подозрительно сузил глаза ганзеец, — А ну-ка докажи! Покажи жетон! Или наколку! Ну, давай, что стоишь-то, рейнджер?
— Да запросто, — Егерь снял шлем, отдал его в руки Вадиму, потом снял с себя цепочку, и продемонстрировал жетон, на котором с одной стороны было выгравировано «Дружинин Егор», а с другой — «Если не мы, то кто?». У таможенника челюсть отвисла.
— Ой, — оторопев, выдавил ганзеец, — А я и п-подумать не мог… В-вы простите, не признал сначала. Что Вам там нужно, пропуск на Киевскую? Так сейчас оформим.
— Снаряжение где можно получить? — с усмешкой спросил Егерь, надевая обратно жетон.
— Да, где ж… э-э… Вам его выдадут, выдадут, не беспокойтесь. Вот Ваш пропуск, — таможенник протянул Вадиму бумагу с быстро нацарапанными указаниями и подписью, — Приходите к нам ещё! Не всегда рейнджера можно вживую увидеть!
— Бывай! — пробубнил рейнджер, надевая шлем. Когда шлем сидел на его голове, Егерь позвал Вадима за собой, — По сути — простой караван, со своей охраной, — посвящал он в детали товарища, — Мы там, как пассажиры будем. Но со своими стволами.
Оружие им выдали на выходе со станции. Вадим скромно взял «бизона», ПБ и нож, подаренные Емельяном, посмотрел на выданное Егерю оружие. Помимо ВСК-94, у рейнджера в наличие был «Пернач», три или четыре ножа (Вадим так и не понял, сколько), шесть гранат трех видов. Неслабое снаряжение у рейнджера.
Караван состоял из трех соединенных между собой дрезин. На первой находились глава каравана, водитель и старшина охраны. На остальных же находились пассажиры, сопровождающие и сумки с товарами, вещами или едой. Вадим с Егерем уселись на второй, напротив старика с клеткой, в которой активно бегала крыса.
— Куда крысу везешь, отец? — полюбопытствовал Вадим, — На шашлыки?
— Ты что?! Нет! — возмутился старичок, — Шашлыком только через месяц послужит. А пока — это мой Чемпион. На бега везу. Ох, он там так быстро бегает, что патроны мне в карман реками стекают, — дедок хвастливо постучал по клетке указательным пальцем.
— Прям и зовут так — Чемпион?
— Ага. А кто ж он ещё? Ни одной гонки не проиграл! Ну, почти.
Егерь, наблюдая за диалогом, недоверчиво хмыкнул и отвернулся. Старик принялся снова осматривать своего любимца, а Вадим откинулся на спинку и забылся сном. Он проснулся, когда «состав» был в нескольких десятках метрах от Киевской. Старик, сидящий напротив, тихо посапывал, сложив руки на клетку с бодрствующей крысой, а Егерь, еле слышно, напевал себе под нос:

Когда караван прибыл на Киевскую, Вадим не смог ознакомиться со станцией полностью. Егерь погнал его в переход на линию Арбатско-Покровской, объясняя это тем, что иначе на Смоленскую не попасть. Воспользовавшись Ганзейским пропуском, выданным на Краснопресненской, рейнджер попросил ещё один пропуск, для перехода на другую линию. Таможенник Киевской пожал плечами, но пропуск написал. Не теряя времени, Егерь повел Вадима дальше.
— Да почему нельзя было воспользоваться старым пропуском? — возмущался Вадим, — Он что, одноразовый?
— А как ты попадешь с Ганзы на Арбатскую Конфедерацию? Если ты не знал, то это два разных государства.
— А Смоленская ведь тоже под её влиянием! — Вадим не унимался, — Как же она вашей базой стала?
— По договоренности полковника, — парировал Егерь, — Тем более, меня без вопросов пропустят, а вот с тобой осложнения возникнут, так что не возникай особо и не выпендривайся. Там кавказцы в основном живут, а они народ, ох, какой бойкий. Поэтому не выделяйся. Все, почти пришли.