Действия разворачиваются в 2033 году, в московском метрополитене. Один из его жителей, Вадим Миронов, проживает на станции «Цветной Бульвар» и ему… скучно? С давних пор он мечтает выйти в мертвую Москву, на поверхность, и однажды его мечта сбывается. Но, помимо выхода на поверхность, Вадим получает задание от умирающего рейнджера: доставить секретные бумаги на «Маяковскую». Искатель приключений берется за, казалось бы, простое задание, но его планы резко меняются и не в хорошую сторону…
Авторы: Бородулин Егор
последовали такие же действия, только мигнули не два, а четыре раза.
— Четвертая группа, — пояснил рейнджер, — Абрамов и Кривой.
Те приветливо помахали рукой и быстрым шагом дошли до товарищей. Обменялись рукопожатиями, после чего, тот, кто был ниже, спросил:
— Слышали стрельбу, а?
— Да как не слышали-то, — удивленно переспросил Егерь, — Это мы и стреляли.
— Он? — пробасил высокий, кивая на Миронова.
— Да, я, — ответил Вадим.
— Ох, и влетит тебе от Майора, — покачал головой низкий.
— Двинули! — скомандовал Егерь, — Нечего языком трепать.
За следующим поворотом, у железного забора стояли ещё двое. Завидев четверых рейнджеров, один из них просигналил фонарем один раз. Егерь снова просигналил два раза, а высокий рейнджер из другой группы — четыре.
— О-о-о, группа Майорова, — протянул низкий, — Крепись, паря…
— Отвали от него! — угомонил товарища высокий. Тот, кто был ниже ростом, оказался Кривым, а высокий — Абрамовым. Место, где стояли два рейнджера — это и было точкой сбора, как понял Вадим. Когда группа из четырех бойцов подошла к первой группе, один из ожидавших рейнджеров подошел к прибывшим, и без приветствий раздраженно забасил:
— Кто стрелял?!
— Я, — без промедлений ответил Вадим.
— Какого хрена ты без глушителя стреляешь?! Подставить всех хочешь, а?
— Товарищ Майор, стрельба велась из-за необходимости, ввиду нападения мутантов.
— Так почему без глушителя?! — не унимался Майор.
— Они все равно ничего не заподозрили, — встрял Обусов, — Так что, давайте потише.
— Не встревай там! — протянул Кривой.
— Кого-то ждем? — спросил у Майора Егерь.
— Ага, — командир кивнул, — Клоунов этих ваших. Емельянова и Губина.
Из-за забора торчали позолоченные маковки монастыря. Если забраться на близстоящую машину, то через забор можно было полностью осмотреть Сретенский монастырь. Спустя десять минут ожидания из-за того поворота, откуда вышли Абрамов и Кривой, появились два знакомых силуэта. Подойдя чуть ближе, также на ходу, один из них помаячил фонарем три раза. Остальные тоже просигналили. Емельян и Губеха ускорились, и вот уже, через несколько секунд, они обмениваются рукопожатиями с другими рейнджерами.
— Ну, успели? — запыхавшись, спросил Губеха.
— Не поверите, кого мы встретили! — также тяжело дыша, пробормотал Емельян.
— Так, байки свои травить на базе будете, ясно?! — урезонил Майор, — Дружинин, осмотреть монастырь, доложить обстановку.
Егерь забрался на кузов сломанной машины и припал к окуляру.
— Та-а-а-а-к, тут в стене огромная дыра… охраняется двумя солдатами… вижу ещё одного, смотрит в окно… одна маковка полуразрушена, там снайпер… с кем-то…
— Насторожены? — спросил Майор.
— Никак нет.
— Ладно, — Майор удовлетворенно кивнул, — Сверим часы.
Вадим посмотрел на часы: без десяти.
— Итак, излагаю план, — продолжил командир, — Группа Медведя ровно в пять обстреливает главный вход в монастырь, а мы тем временем подкрадываемся и наносим удар с тыла. Обезвредить всех бойцов, захватить монастырь, установить контроль над периметром — вот наша задача. Штурм начинается ровно в пять. Ждем.
Десять минут тянулись мучительно долго. Вадим ходил взад-вперед, его руки дрожали, а сам он не мог собраться с мыслями. Сможет ли он вот так взять, и убить человека? Такого же, как и он. Ведь его также кто-то любит, у него, может, семья дома, дети. Если убить человека, который прокармливает всю семью — значит обречь на погибель и самих членов семьи. Обусов заметил, как нервничает новобранец и подозвал его к себе:
— Эй, новенький! Иди сюда! — Вадим лениво подошел, — Вадим, да? Ты в бой в первый раз, да? Умереть боишься?
— Нет, — промычал Вадим, — Не смерти я боюсь, а последствий убийства. Вот тебе не страшно осознавать того, что ты своим действием причиняешь кому-то боль, обрекаешь его?..
— А-а-а, — протянул рейнджер, — Вон оно что! Ты не волнуйся, такова жизнь. Существует такой закон жизни: если не ты, то тебя. И в этом нет ничего плохого. Борьба за существование идет всегда: у животных, у нас, даже у мутантов. Всегда кто-то умирает, и это нормально. Постарайся перед боем избавиться от этих мыслей, о последствиях. Просто действуй. Просто борись за жизнь. Цепляйся за неё зубами, но не дай себя убить. А потом, уже после, можешь и поплакаться, выпить и забыть. Понял?
— Ага… — промычал Вадим.
— Наизготовку! — скомандовал Майор. Рейнджеры засуетились. Кто-то менял магазин, кто-то дергал затвор, а кто-то разминался. У Обусова, как и у Емельянова, был АКМС. У Абрамова — «сайга»,
