Действия разворачиваются в 2033 году, в московском метрополитене. Один из его жителей, Вадим Миронов, проживает на станции «Цветной Бульвар» и ему… скучно? С давних пор он мечтает выйти в мертвую Москву, на поверхность, и однажды его мечта сбывается. Но, помимо выхода на поверхность, Вадим получает задание от умирающего рейнджера: доставить секретные бумаги на «Маяковскую». Искатель приключений берется за, казалось бы, простое задание, но его планы резко меняются и не в хорошую сторону…
Авторы: Бородулин Егор
— Спокойно, спокойно… — Валерий выставил вперед руки, — Вам всего-то нужно перестать колоть их, и эффект пройдет через какое-то время…
— Сколько?! — уже кричал Вадим.
— Не знаю… — Вадим снова замахнулся, — Недели полторы или две примерно! Возможна потеря сознания, но не больше!
Вадима трясло от гнева. Он еле сдерживал себя от желания избить химика до полусмерти. Емельян держал одну из рук сталкера, чтобы тот не сорвался снова.
— Мне две недели овощем лежать? В контузиях биться? Спасибочки, мля, утешил. А что это тогда было: «Крыса, которой давали антидот, умерла позже…» Ну?!
— Та инсценировка была задумана Владимиром! Как он сказал, что проще обманом заставить работать, чем силой. Вот и… разыграли мы такой мини-спектакль перед вами.
— Да я смотрю, ты ещё и артист вдобавок! — развел руками Вадим.
— Я… могу облегчить период… Сделать лекарство, которое поможет вам ускорить процесс очищения… Но нужна аппаратура, и сомневаюсь, что кто-то даст её нам просто так.
— Какая аппаратура?
— Ну, центрифуга, потом… — начал перечислять Валерий.
— Короче, — вмешался Медведь, — Забираем на Смоленскую этого кадра, там пусть у нас посидит. Может, Док наш чего и откопает.
— Хорошо, — кивнул Вадим, — Собирай вещи свои!
— А как же конференция? — озабоченно пробубнил химик.
— В другой раз, — отрезал Медведь. Валерий тяжело вздохнул и принялся складывать вещи. На выходе из номера рейнджеров встретили два телохранителя Валерия.
— Это че ещё за дела? — недоуменно спросил один из них, — Вы куда профессора повели?
— Были выявлены нарушения в документах, — ответил Медведь, — Поэтому, придется доставить вашего ученого к нам в штаб.
— Это на вашу-то, Смоленскую? — переспросил второй, — Оставьте его в покое!
— Правила — есть правила, — добавил Емельян, — Он у нас посидит какое-то время, и обратно выйдет. Не беспокойтесь, вас потом и наградят ещё. Наверно…
— Мы так просто этого не оставим, — оскалился фашист, — Что-то зажрались вы там, в своем Ордене. Прижать бы вас хорошенько…
— А ну-ка, без угроз здесь! — отрезал Емельян и пригласительным жестом указал в сторону платформы. Группа рейнджеров выдвинулась к переходу на Смоленскую. С двумя рейнджерами, которых позвал Емельянов, пришлось распрощаться. Вадим, Емельянов, Медведь и профессор выдвинулись к базе Ордена. Половину пути группа шла молча, но вскоре молчание нарушил Валерий:
— Я бы сам это… никогда бы не создал.
— Это ты к чему? — спросил Вадим, шедший рядом с химиком.
— Про вирус. Поймите меня правильно, я за пацифизм. Не принимаю ни одну из сторон. Но вот посчастливилось жить с фашистами: они по достоинству оценили мои знания, когда другие отвернулись. Точнее, отвернулась лишь Красная линия…
— Ну и на кой черт ты его все-таки создал?
— Я семьянин. У меня и жена есть, и дочка. Доченька в школу уже пошла… нацистскую. А там их, кроме ненависти к другим расам, почти ничему и не учат. Нет, есть конечно же и хорошие учителя, но…
— Ближе к делу. А оно, по-моему, не в школах фашистских кроется.
— Ну да, — профессор закивал головой, — Просто… У меня не было выбора…
— В каком смысле? — спросил Емельянов.
— Ну, понимаете, — химик замялся, — Они мою семью под прицел взяли… И… Сказали, чтобы я «наварил» для них что-нибудь военное. А у них из запасов-то ничего толкового и не было. Я дал наводки на секретные лаборатории, в которых раньше приходилось работать… Но военного вируса так и не получалось…
— То есть? — переспросил Вадим.
— Вещество, газообразного типа, действующее на территории определенное время, — пояснил Валерий, — Для уничтожения единиц сил противника и населения, чтобы потом занять территорию…
— Химическое оружие, проще говоря, — помог Емельян.
— Да, — химик кивнул головой, — Хотели ещё использовать мутировавшие бактерии, для той же цели, но я же не биолог. Я был в смятении. Оружия не выходило, а фашисты угрожали моей семье. У меня был кризис, как у ученого.
— Что дальше?
— Пришел как-то раз ко мне Вольф. Не тот, который у них в совете сидит, а моложе. И говорит, мол, сможете создать не вирус, а что-то вроде наркотика, чтобы хоть рабочих на шантаж брать. Это же было гениально! Фактически, он спас меня. Помог, не как жестокий человек, а как хороший, добрый и понимающий. Тогда-то я и разглядел в нем что-то человеческое…
— Постой, — остановил химика Вадим, — То есть, их штурмбаннфюрер не напрягал тебя, а наоборот, помог? Не сходится что-то…
— В это трудно поверить, — согласился Валерий, — Но я сам, на своей шкуре убедился, что это не тот хладнокровный фашист,
