Метро 2033. Станция невозвращения

ярким летним солнцем оживленный проспект, секунду назад тонувший в сумраке погибшего десятилетия назад города.
Люди спешили в одном направлении – к дорожной развязке, на котором уже успела скопиться многолюдная толпа.
Испуг, непонимание и откровенный страх ясно читались на их лицах. Многие на ходу оборачивались назад и с тревогой смотрели в другой конец улицы.
Невысокий грузный мужчина вдруг что-то закричал, указывая туда рукой. Окружавшие его люди словно по команде обернулись.
И тут же испуганный вопль вырвался из множества глоток. Кто-то истерично завизжал.
Орловский обратил внимание на молодую девушку с копной ярко-рыжих волос. Она налетела на внезапно остановившегося тучного мужчину и, так же, как и все, обернулась.
Он вдруг ясно увидел, как округлились от ужаса ее большие голубые глаза, лицо исказила гримаса неподдельного ужаса смешанного с откровенным изумлением.
Она уронила на тротуар черную дамскую сумочку, из которой рассыпалось содержимое, и в порыве чувств подняла сжатые кулачки к лицу.
Будто поддаваясь общему порыву, внутренне уже догадываясь, что там увидит, Орловский медленно повернул голову.
По улице, приближаясь, катился многометровый пылевой вал, поглощая все вокруг – дома, деревья, рекламные вывески, швыряя и коверкая автомобили, словно крохотные детские игрушки. Позади него, где-то далеко, разливалось золотисто-багровое зарево.
Орловский вдруг с ужасом понял, что вал – это ударная волна, полоса уплотнившегося воздуха, вобравшая в себя тонны обломков, мусора и пыли.
Тугая волна сжатого воздуха мчалась с огромной скоростью словно бы подготавливая путь для вырвавшегося из заточения огненного демона. Серые громады высоток ощутимо вздрагивали, выстреливая фонтанами белесого стеклянного крошева, деревья вырывало с корнем, мелкие строения просто рассыпались на части, пополняя и без того гигантский вал обломков. Несколько человеческих тел, словно безвольные тряпичные куклы, мелькнули в этой дьявольской карусели и исчезли.
Люди, словно очнувшись от оцепенения, бросились бежать. И лишь рыжеволосая девушка продолжала стоять, не смея отвести взгляда от приближавшейся к ней смерти. Мчавшаяся людская толпа толкала ее, едва не сбивая с ног. Крупные капли слез текли по щекам и Орловский, казалось, услышал сквозь крики и рев приближающегося урагана ее судорожные всхлипы.
– Беги!!! – он не смог сдержать невольного возгласа, но получился лишь негромкий хрип, который через противогаз прозвучал как приглушенный рык.
Но девушка, будто услышав этот крик души, вдруг оторвала взгляд от бушующей рядом смерти и, медленно повернув голову, посмотрела прямо на них – на две безликие фигуры, вжавшиеся в стену, в костюмах химической защиты и противогазах с «хоботом».
Орловскому показалось, что в бездонных глазах девушки, где плескался неподдельный ужас, появилась искорка удивления… и надежды.
Надежды на спасение.
Она даже приоткрыла рот, собираясь что-то сказать, когда чудовищный вал накрыл ее…
Орловский закричал, невольно пригибаясь и ожидая смертельного удара, но… ничего не случилось.
Легкий хлопок, будто лопнул детский воздушный шарик.
Улица по-прежнему была темна, пустынна и мертва.
Ветер усилился, разогнав плотную пелену облаков, и на небе проступили колючие искорки далеких звезд. Ущербный месяц выглянул из-за поредевших туч, и, казалось, усмехаясь, смотрел из небесной выси на мертвый, разрушенный город. Его мертвенный, бледный свет залил руины, устроив обманчивую игру серо-черных тонов, и словно бы в ответ, приветствуя ночного хозяина, окрестности огласил далекий, протяжный вой…
Орловский медленно опустился на землю.
Сознание, казалось, сейчас, разорвется на куски, лопнет, не выдержав морального прессинга от увиденного.
Кто или что показало им последние минуты жизни города?..
Для чего?
– Что это было, Павел?..– выдавил из себя Алексей Владимирович.
Голос получился каким-то дребезжащим и хриплым.
Да и сам вопрос прозвучал донельзя глупо, будто Шорохов мог знать больше его.
Павел опустился рядом на корточки, не сводя взгляда с темных руин.
– Полянка… Она совсем рядом. Видимо, правы были торговцы, рассказывая те самые небылицы. Получается, что и не байки все это…
Он помолчал.
– Вы по-прежнему еще рветесь туда, профессор?
Орловский обернулся.
– А вы думаете, Павел, что после всего увиденного, нам есть путь назад?
Шорохов не нашелся что ответить.
К своему собственному удивлению, он чувствовал, что возвращаться на полпути, стоя на самом пороге непознанного, которое уже само коснулось