На московского архитектора «наезжает» бандитская группировка, его любимая подвергается жестокому и циничному надругательству… Исход этой неравной схватки непредсказуем, как непредсказуем весь ход событий в романах Анатолия Афанасьева.
Авторы: Афанасьев Анатолий Владимирович
исполнения осталось недолго, и помощи ждать было неоткуда. Страха близкой смерти или каких-то новых мук я не испытывал, напротив, апатия пробуждения была столь сильна, что я бы, пожалуй, только обрадовался, если бы кто-то милосердный сейчас вошел в дверь и пустил мне пулю в лоб. Жизнь в этом мире, куда откуда ни возьмись наползло столько человекообразных пауков, была не по мне, ее было не жалко, да и сам я ей не подходил, поэтому цепляться за нее не стоило. Одно печалило: не увижу больше Катю, не загляну в ее блестящие, чудные глаза и не прикоснусь пальцами к ее ждущему, жадному, изумительному телу. Диковинное дело, любовь крохотной проталиной еще теплилась в моем воспаленном мозгу.
Ужаленный ею, я попытался сесть, и это неожиданно легко удалось. За окном стояло то ли раннее утро, то ли предвечернее марево — по тусклой голубизне не понять. Из одежды на мне остались лишь трусы и сбившиеся перекрученные бинты. Ключица от резкого движения кольнула в мозжечок, точно заново раскрошилась.
— Эй! — окликнул я негромко. — Тут кто-нибудь есть?!
Дверь отворилась, вроде и не была заперта. Вошел бычара в тельняшке, глянул грубо:
— Чего надо?
— Да вот, — заискивающе развел я руками. — Где я, ж подскажешь, браток?
Бычара, набычась, не отвечал и не мигал. На всякий случай я добавил:
— Извини, если побеспокоил.
— Ты хоть знаешь, который час?
— Нет.
— Жрать, что ли, захотел?
— Угу, — сказал я.
Бычара ушел, не притворив дверь, и вскоре вернулся с бутылкой кефира и батоном белого хлеба.
— На, пожуй пока. Еще чего-нибудь надо?
— Покурить бы.
Парень достал из нагрудного кармана пачку «Кэме-ла», отсыпал на тумбочку несколько сигарет, туда же положил зажигалку.
— Теперь все? Говори сразу. Хоть еще покемарю часок.
— Ты меня сторожишь?
Усмехнулся покровительственно:
— Чего тебя сторожить, и так никуда не денешься.
— Да мне никуда и не нужно, — уверил я. Парень мне понравился: он был из тех, в ком нет двойного дна. Велишь такому накормить — накормит, прикажут запечь живьем на углях — и глазом не моргнет. Я сам бы хотел таким уродиться, да, видно, припозднился.
— Ладно, — буркнул он, — по-пустому не зови. Пойду покемарю.
С неожиданным аппетитом я поел мягкого хлеба, запивая кисловатым кефиром. Зажег сигарету и босиком, по ледяному полу дошлепал до окна. В богатом я очутился поместье: ухоженные цветочные клумбы, липовая аллея, в отдалении яблоневый сад и еще дальше, почти на горизонте, — очертания высокого каменного забора. Через решетку и стекло все это мирное великолепие, словно сошедшее с подарочного слайда, открылось мне сверху, со второго или третьего этажа. Сомнений не было: я в логове демократа. Возможно, где-нибудь среди этих пышных клумб меня скоро и закопают. Непонятно было, в чем заминка. Историческая практика подтверждала, что самые лучшие, качественные компостные удобрения получаются из хлипких, чувствительных интеллигентиков, любящих при жизни порассуждать о судьбах Отечества.
Ноги окоченели, и я вернулся в постель. Лег, укрылся пледом, закурил вторую сигарету и начал думать. Думалось хорошо, голова была пустая. Зачем меня сюда привезли? Кому я понадобился живой? Ответов на эти вопросы было, по меньшей мере, три. Первый: Гречанинов спекся и Могол спекся, допустим, они перестреляли друг друга, но меня захватили чуть раньше, и тот, кто сменил Могола, один из его преемников, решил сохранить меня в законсервированном виде как важную вещественную улику. Это было самое маловероятное предположение, оно не выдерживало никакой критики. Если Могол и мой дорогой наставник оба отбыли в иные миры, то на кой черт я сдался соратникам Могола? Не разумнее ли было обрубить все прежние концы? Перевозить отыгранную пешку куда-то за город, укрывать пледом, кормить свежей булкой с кефиром — это все чушь. Спихнул в канализационный люк — и никаких хлопот. И потом, если они ухлопали Гречанинова, то с какой стати так настойчиво выспрашивали о том, где он живет и кто он такой? Гречанинов жив, вот что я скажу вам, господа!
Вторая версия: Гречанинов цел и невредим, выбрался из расставленных сетей, замочив Могола. В этом случае я им действительно нужен как приманка, как источник сведений, которые могут пригодиться в розыске. Поймать Гречанинова необходимо хотя бы по той причине, что нельзя пускать такую работу, как отстрел паханов, на самотек. Еще важнее узнать, кто санкционировал акцию. Вряд ли кто-нибудь в здравом уме поверит, что такое дельце обтяпали двое придурков по собственному почину. Да, тут все сходилось, кроме некоторых нюансов. Например, почему они начали допрос с Валерии? Выяснить, где девушка, — вот что было для них чрезвычайно важным. Они знали, что сыворотка
