В поисках своего друга Ааза Скив отправляется в его родное измерение — Извр. Но что ждет его там, ведь об обитателях этого измерения рассказывают жуткие вещи — не зря же они называются извергами… или извращенцами…
Авторы: Асприн Роберт Линн
фразы, чтобы проверить, вникает ли он в суть разговора. У меня возникло предчувствие, что в среде официального образования мне искать нечего.
— Понимаю, — проговорил он, как только я умолк. — Ну, ваша просьба кажется серьезной. Ааз… Ааз… так вот, с ходу, я не могу вспомнить этого имени, но оно кажется знакомым. А, ладно, проверить довольно легко. Гретта!
В ответ на его зов в дверях кабинета появилась молодая извергиня. Она метнула быстрый взгляд на Пуки, прислонившуюся к стене позади меня, но тут же перестала обращать на мою телохранительницу внимание, как, впрочем, отнесся к ней и хранитель документации.
— Да, сэр?
— Гретта, это мистер Скив. Он пытается отыскать того, кто, возможно, здесь учился. Я хотел бы, чтобы ты помогла ему отыскать нужную папку… если она существует. Мистер Скив, это Гретта. Она здесь одна из учениц, помогающих нам… что-нибудь случилось?
Я внезапно убрал руку, протянутую для обмена рукопожатием с Греттой, и хранитель документации заметил это движение.
— О, да ничего… собственно, — смутился я и быстро пожал протянутую руку. — Это дурная привычка, усвоенная мной у Ааза. Мне следовало бы избавиться от нее. Так что вы говорили?
Хранитель документации проигнорировал мои усилия загладить светский промах.
— Какая именно дурная привычка?
— Это глупо, но… Ааз, когда был моим учителем, не пожимал мне руки, пока я был его учеником. «Я не пожимаю рук всяким ученикам», — бывало, говаривал он… только погромче. До меня сейчас дошло, что тоже перенял его манеру. Простите, Гретта, ничего личного.
— Ну, конечно… Аазмандиус!
Хранитель документации вдруг разволновался.
— Извините? — озадаченно переспросил я.
— Гретта, искать папку не потребуется. Принесите мне документы на имя Аазмандиуса… они находятся в картотеке недоучившихся… трех-четырех вековой давности, если я правильно помню.
Когда ученица стремглав умчалась, хранитель документации вновь обратился ко мне.
— Извините, мистер Скив. Я только сейчас сумел вспомнить, кого вы ищете. Напоминанием послужил отказ пожимать руки ученикам. Это было одной из наименее неприятных его причуд. Аазмандиус! Сколько лет прошло, а я все еще помню его.
После долгих поисков я с трудом верил в свою удачу.
— Вы уверены, что мы говорим об одном и том же лице? Об Аазе?
— О, боги, да. Вот потому-то это имя и показалось знакомым. Ааз — это прозвище, которым Аазмандиус пользовался, когда упражнялся в своем сомнительном пристрастии к розыгрышам… или при занятиях чем-нибудь таким, что не хотел увидеть отразившимся в его личном деле, если уж на то пошло. Было время, когда это имя вселяло ужас в сердца всех первокурсников.
— Как я понимаю, он был не особенно хорошим студентом? — попытался скрыть улыбку я.
— О, напротив, он был одним из самых способных студентов какие когда-либо учились здесь. Во многом именно поэтому преподаватели и администрация готовы были закрыть глаза… гм, на некоторые черты его характера. Пока Аазмандиус учился здесь, он шел впереди своего класса, и все пророчили ему блестящее будущее. Уверен, он это сознавал. Но задолго до занесения его в списки выпускников, среди преподавателей возникли жаркие споры. Одни считали, что после выпуска его следует привлечь к преподавательской работе в институте. Другие настаивали, что при его высокомерном принебрежении к студентам будет… Ну, давайте скажем просто, что, по их мнению, его темперамент больше подходит для частной практики, а школе будет выгодней принимать финансовые пожертвования прежнего питомца… предпочтительно присланные издалека почтой.
Это новое проникновение в прошлое Ааза увлекло меня. Однако, я не мог не заметить кое-какие неясности в речи хранителя документации.
— Извините, — обратился я к нему. — Но правильно ли я расслышал, что вы послали Гретту посмотреть досье Ааза в картотеке недоучившихся? Если он так хорошо занимался, то почему не стал выпускником?
Изверг испустил сильный вздох, и лицо его выразило искреннюю боль.
— Его семья потеряла состояние после серии неудачных инвестиций. Лишившись финансовой поддержки, он покинул школу, недоучившись… тихо ушел в середине семестра, Хотя плата за обучение была внесена за него полностью. Мы предложили ему стипендию, чтобы он мог завершить свое образование… устроили даже внеочередное специальное заседание для получения необходимого одобрения, чтоб ему не пришлось болтаться, пока попечительский совет соберется на плановое заседание. Но он ее не принял. Очень жаль. Он обладал таким потенциалом.
— Это не похоже на того Ааза, которого я знаю, — нахмурился я. — Мне не приходилось видеть,
