К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
стрелять на двадцать пять метров, – пожал я плечами. – Достаточно пяти. Максимум – десяти. А попадаю я и с глушителем очень даже неплохо. А еще – «марголин», как мне представляется, достать легче, чем пистолет Макарова или наган. Можно, конечно, попробовать достать «ТТ», у черных копателей есть любые стволы, но я никого тут не знаю. Могу напороться на ментовскую засаду. Или на обычных грабителей – мне не хочется оставлять после себя лишние трупы. Вот такая история, Сергей. Что скажешь?
– Задал ты мне задачку, – вздохнул Аносов. – Знаешь, а почему-то я тебе верю. Не знаю, почему. Вначале решил, что ты провокатор, засланный казачок. Потом – что хочешь порешить какого-нибудь начальника, который тебя обидел. И что, ты помнишь всех маньяков? Откуда ты про них узнал?
– Я читал в Интернете список – «Все советские маньяки-убийцы». А в связи с тем, что у меня теперь абсолютная память, я помню их всех. Имена, фамилии, все, что они сделали. И места проживания – тоже помню.
– Что такое Интернет?
– Хм… – я замялся. Вот как объяснить человеку – что это такое? Когда я и сам толком не понимаю. Пользуюсь, оперирую понятиями, а на самом-то деле и не знаю ничего. – Ну как бы тебе объяснить… Интернет – это… всемирная электронная сеть, которая соединяет компьютеры всего мира. Ты заходишь в эту сеть через свой компьютер, задаешь поисковый запрос – и тебе на экран выводится информация. Практически любая, за исключением секретной и запрещенной. Книги, фильмы, справочники – там есть все, надо только уметь искать.
– Что такое компьютер?
Пфф… м-да! А чего я хотел?! Это 1971 год!
– Вычислительная машина. Такие машины есть в крупных институтах и научных центрах. Например – в НИГГ. Только вот здешние компьютеры весят тонны, а памяти у них хорошо если мегабайта на три-пять. У нас у каждого – компьютер, память которого больше в тысячи и десятки тысяч раз. Да что компьютеры – наши сотовые телефоны мощнее любого нынешнего компьютера в тысячи раз!
– Что такое сотовый телефон?
– Телефонная трубка, которая без проводов может соединяться с любым нужным тебе абонентом. А кроме того, сотовый телефон может фотографировать, снимать и показывать видеоролики, проигрывать музыку, читать книги, служить навигационным прибором, считать, да чего только не может! Мне вот лично от него нужны только четыре функции: собственно телефон, фотоаппарат, «болталка» – я люблю слушать аудиокниги – и спутниковый навигатор. Остальное все от лукавого. Все эти ватсапы, вайберы, игрушки и фейсбуки. В тот же фейсбук я спокойно вхожу через ноутбук, на фига мне смартфон?
Я вдруг опомнился, осекся, вспомнив, где нахожусь, и невольно закусил губу. Аносов смотрел на меня со странным выражением – недоверие, надежда, интерес и… грусть.
– Скажи, Миша… как ТАМ? Мы победили? Ты говорил про какие-то войны – что это за войны? Америкосы на нас напали? Или кто?
Я замер. Вот как сказать человеку? Ведь не поверит. А еще – обвинит в антисоветчине. Мол, антисоветские высказывания! А ведь дело Ленина всегда побеждает!
– Сергей… Советского Союза в 2018 году – нет. В 1991 году собрались несколько подлецов и договорились, что растащат Союз на части. И растащили. Он развалился. Президентом СССР в 1990–1991 годах был то ли уж слишком простодушный человек, то ли американский агент, некий Михаил Горбачев, и он потворствовал негодяям, не пресек действия сепаратистов. Еще до распада Союза мы ушли из ГДР, она стала частью ФРГ, и не получили за это ни копейки. Зато Горбачев получил медаль «Лучший немец года». И вероятно – какие-то материальные средства. Варшавский договор развалился, и все эти страны частично стали нашими врагами, частично – просто соседями. Югославию бомбили американцы, уничтожали сербов. Теперь нет Югославии, вместо нее несколько самостоятельных маленьких государств. И мы ничего не смогли с этим поделать. Мы не смогли помочь братской Сербии.
Я рассказывал, рассказывал, рассказывал… Лицо Аносова, которое до того было просто хмурым, делалось то бледным, то красным. Он переживал всей своей душой, и он явно верил моим словам.
А меня будто прорвало. Ни с кем в этом мире я не мог поговорить откровенно – только с Зиной. Но она была другой. Не такой, как я или как Аносов. А передо мной сейчас сидел воин, который свою жизнь положил на благо страны. И что в итоге получилось? Хотя… помню, как отреагировала Зина на мои рассказы о будущем, как она долго не могла поверить в то, о чем я говорил. И как ей пришлось воспользоваться гипнозом, чтобы убедиться, что я не придумываю эту антиутопию.
Когда я закончил, на дворе стояла темная ночь. В тренерской было тепло, пахло чаем и едким оружейным маслом. А еще – пороховым нагаром. Мы
