К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
не везде.
В издательстве оказался ровно в десять часов московского времени, как и планировал. Быстро взлетел на нужный этаж, и вот я уже стучусь в дверь знакомого кабинета.
– О-о-о! Наш классик фантастики! Наш величайший фантаст всех времен и народов!
Вот все-таки этот Махров темная лошадка. Иногда трудно понять – когда он шутит, а когда говорит серьезно. Вот сейчас он и правда мной восторгается или все-таки эдак по-дружески стебется? У меня есть огромные подозрения, что именно второе. Шутку он любит и постебаться всегда горазд. Впрочем, я тоже не лыком шит и тоже люблю пошутить.
– А это столп литературного мира? Подпирающий могучим плечом всю мировую литературу?
– Хе-хе… да, это я. Давай забегай! Сейчас я Леночку за кофе пошлю!
– Леночку? А где Машенька?
– Хм… Машенька в декрет отправилась. У нее внезапно вырос животик!
– Так ли уж внезапно? Ох, Алексей, сидишь тут в цветнике…
– Но-но! Руссо издатель – облико морале! У нее жених есть! Вот… вроде как его ребенок.
– Вроде?! Ах ты ж…
Мы расхохотались, потом Махров убежал и появился в кабинете через три минуты, возбужденный и яростный:
– Итак, начинаем разговор! Во-первых, ты все-таки едешь за границу! В США! Та-рара-ра! – Он изобразил звук медных труб. – Твой паспорт лежит у директора в сейфе, и в нем проставлены все визы. Тебе придется сдать твой паспорт, он пока будет храниться у нас. Водительское можешь оставить, хотя в принципе положено сдавать и его. Рад? Ну, скажи, рад? Да что ты такую постную морду-то делаешь, Миша! Ты знаешь, сколько людей хотели бы съездить в капстрану, вот только их ни хрена не пускают?! А ты – рраз! И мухой хлопотливой полетел!
– Так уж и мухой… нервы потрепали – ай-ай! Опрашивали, допрашивали, комиссии всякие проходил. Да что я тебе рассказываю? Ты же сам характеристику писал! Кстати, спасибо тебе огромное. Ей-ей, спасибо! Такую работу провернул – я представляю!
– Миша! – Махров серьезно и даже грустно посмотрел мне в глаза. – Миша, не подведи, слышишь?
– Я же сказал – не собираюсь оставаться в Америке! Мне она на хрен не нужна! Я ее терпеть не могу!
– Чтобы не терпеть, надо еще знать, чего тебе не терпеть. Или ты знаешь, Миша? – Глаза внимательные, даже пронзительные.
Умен Махров, очень умен. Тот, кто думает, что смешной вид шустрого колобка отражает и его уровень мозгового развития, жестоко ошибается. Частенько он выдает такие мудрые и такие точные высказывания, что только диву даешься. И да, он в самом деле мне очень, очень сильно помог. Без него я пробивался бы долго и трудно. Нет, не подведу.
– А теперь вторая новость! Впрочем, это уже и не новость. Хотя… в общем, идешь во Внешторгбанк и получаешь там сертификаты! Оба-на! Та-дам!
– Слушай, это правда круто… – неуверенно пожал я плечами, не зная, что сказать, – только что с ними делать? Ну да, я знаю, надо пойти в какую-то «Березку» и накупить дефицита. Но честно сказать – не особо понимаю… хм…
– М-да. Вот все-таки ты не зря в психушке лежал! – хихикнул Махров. – Миша, да каждый купон можно продать как минимум по десять рублей за штуку! А значит, твое состояние увеличивается… на сколько? Вот! Только это… не советую тебе продавать на улице. Кинут просто на раз. Лучше кому-нибудь знакомому продай. Или лучше не продавай, а положи, и пусть себе лежат. А как понадобится какой-нибудь дефицит – сразу в «Березку», и ты всегда на коне! Разве плохо?
– А ты думаешь, что дефицит будет всегда? – скептически хмыкнул я. – Может, через год, два, пять лет все магазины будут забиты товарами народного потребления? Пессимист ты, Алексей.
– Я реалист, увы… – вздохнул Махров. – И не вижу конца-краю тому, что сейчас… но что-то мы не о том заговорили. Ну ее, эту политику. О! И Леночка появилась! А я уж думал, и не дождусь!
– Ой! – Леночка, милейшее создание с прической мальчика и личиком ангелочка, свалившегося с ветки и очень тем удивленного, воззрилась на меня с каким-то странным, непонятным для меня выражением, и поднос в ее руках затрясся так, что чашки, сахарница, блюдечки с лимонами и пирожными едва не упали на пол.
Я машинально шагнул к ней, подхватил поднос и остановился, глядя в карие, влажные, как у оленихи, глаза девушки. Она смотрела на меня, я на нее, и я вдруг, к стыду своему, почувствовал, как восстает мужское естество. Девушка была настолько невинна, настолько красива и так хорошо пахла (молочком и медом!), что мне, старому циничному мужлану, вдруг стало стыдно за то, что я посмел иметь в адрес этого дитяти какие-то сексуальные позывы. Ну куда мне до нее – старому, видавшему виды потертому башмаку?! Я, правда, еще не стер свои стальные набойки, еще не развалился на куски, но дело времени.
