К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
тертый, обожженный войной воин, я должен спокойно принимать поклонение! Равнодушно отворачиваясь от толпы поклонников. А я наслаждаюсь любовью людей! Это же ненормально! Или нет?
Ничего не решив, смыл с себя пену, вытерся и пошел спать, ибо утро вечера ну завсегда мудренее! Дурная привычка спать с набитым животом мне никак не мешала (я успел перед ванной поужинать), и я спокойно продрых до самого утра. Телевизор включать не стал – мерзотность программ, которые по нему показывали, меня только бесила. И как никто здесь не замечает эдакую убогость вещания? Неужели нельзя наладить телевидение как следует, есть же зарубежный пример?
Проснулся, как по будильнику, – в восемь часов утра. Быстренько поухаживал за собой, доел остатки вечерней трапезы и, одевшись, отправился к станции метро, прихватив с собой портфель с сертификатами. Не надо им быть в номере. Нечего искушать простых советских горничных!
Но отправился не на стоянку. Вначале – в Союз писателей, как и планировал еще вчера, в издательстве. Махров заранее позвонил в СП, вот я туда сейчас и ехал – в профком, к Севастьяновой Лидии Петровне, распоряжающейся всем, до чего дотянулись ее загребущие руки, а именно: путевками в санатории и Дом творчества, материальной помощью и самым важным – квартирами.
На квартиры, как я узнал, была очередь из членов СП. Не такая уж и большая, но я знал по своему жизненному опыту, что можно стоять в очереди на квартиру вторым и даже первым – пять, десять лет, и на твои вопросы все это время будут разводить руками и говорить, что очередь никак, простите, не движется. Мы бы и рады… Иногда только деньги могут продвинуть очередь.
Лидия Петровна оказалась женщиной внушительных габаритов и такого же внушительного голоса. Важная, одетая в панбархатное платье, она походила на старую дворянку, каким-то образом выжившую после нашествия толпы революционных матросов и при этом еще и получившую удовольствие от такого к себе яростного внимания. В молодости, похоже, она была еще та… хм… веселая мадам. В возрасте пылу у нее поубавилось, но воспоминания остались. Потому первое, что она сделала, – осмотрела меня с ног до головы и составила свое суждение, стоит со мной иметь дело или нет.
Судя по всему, дело со мной иметь стоило, и она даже позволила себе немного позаигрывать, сообщив, что такой видный мужчина, как я, обязательно должен жить в Москве, да еще и с женщиной под стать себе. Казалось, в роли этой женщины она видела себя.
Ну что же – у всех свои фантазии. Я вот вижу в своих мечтах Леночку в одних черных ажурных чулках и в коленопреклоненной позе, напоминающей о зенитной установке. Лидия Петровна, наверное, мнит себя кем-то вроде садомазохистки с плеткой, а я у ее ног – в кожаном ошейнике и на поводке. Увы, наши с ней мечты разнились, и стыковаться они никак не желали. Впрочем, почему «увы»? Нет уж, дорогая Лидия Петровна, – не вейтесь над моею головой! «Черный ворон – я не твой!»
Когда я сообщил ей о том, чего желаю, Лидия Петровна тут же популярно рассказала, что в Москве мне без женитьбы на москвичке ничего не светит, и максимум, что я могу выжать из государства, – это какую-нибудь квартирку через местное отделение Союза писателей, через энное количество лет. Или же кооператив – там же. Потому что и в Москве кооператив мне не светит! Так как нет московской прописки. То есть мне надо вначале в Москве где-то прописаться, а потом уже подавать заявление на покупку кооперативной квартиры. И только так!
М-да… я не был в курсе такой засады, точно. Никогда не интересовался тем, как получали квартиры и прописывались в Москве. Нет, ну так-то я знал и про «лимиту» и видел фильм «Москва слезам не верит», но никогда не задумывался, чего они там так переживали насчет московской прописки. Мне она на фиг не нужна была, эта московская прописка! До этих вот самых пор.
Вообще-то глупо – ты имеешь деньги, но не имеешь возможности купить квартиру! Да с какого рожна-то?! И прописываться я в этой чертовой квартире не желаю! Мне и саратовской прописки хватает!
Взяв себя в руки, задумался: что там мне Махров говорил насчет этой Лидии Петровны? Что она связи имеет и деньги любит. Очень любит! А потому…
– Лидия Петровна, а нельзя ли как-то изыскать квартиру в Москве? Ну… чтобы прописаться? Даже не квартиру, а какой-нибудь угол, комнату в общаге! И чтобы прописка не временная, а настоящая, постоянная! Вы такая деловая, со связями… неужели не сможете помочь?
Говорю, а сам кладу ей на стол конверт, в котором лежат сто пятьдесят сертификатов Внешторгбанка. Если по самому маленькому курсу, то сейчас я ей дал полторы тысячи рублей. А может, и больше – если возьмут по двенадцать рублей за штуку.
Лидия Петровна спокойно заглянула
