К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
тоже любят со своими машинками. Говорят – на своей лучше пишется!
Через пару минут в номер вошла девушка в униформе советской горничной – чистенькая, румяная, пышущая здоровьем. Она смущенно поздоровалась со мной, выслушала распоряжения дежурной и тут же заметалась по номеру, прибирая невидимые мне соринки и расставляя стулья и кресла в правильном порядке. А потом взялась за кровать, застилая ее свежим, белоснежным бельем.
– Вы как раз к обеду подоспели! – улыбнулась дежурная. – Это на первом этаже. Пойдете обедать? Проголодались с дороги? У нас хорошо готовят! Выпечка очень хорошая! И борщ наваристый, со сметанкой!
Я вдруг почувствовал, как хочу есть, и невольно сглотнул слюну. Дежурная заметила это и расплылась в улыбке:
– Пойдемте! Нина все тут устроит, а вы пока покушаете. Сейчас я бумажку занесу в столовую, и будете питаться. Если что – можете пирожков в номер с собой набрать. Советую – пирожки наши очень хорошие, вкусные! С вареньем, с мясом, с капустой и яйцами. С рисом и яйцами! Наша повариха Мария Семеновна могла бы в ресторане работать, точно вам говорю! А за вещи не опасайтесь, тут у нас не воруют, спокойно оставляйте. Писатели – люди все положительные, солидные, а чужие здесь не ходят. Персонал тоже проверенный, сюда абы кого не берут, как рентгеном просвечивают! Так что здесь – все как в сберкассе, никуда ничего не денется.
И мы пошли из номера.
Да, готовили в столовой Дома творчества очень вкусно. Порции огромные, а если хочешь – тебе еще и добавки дадут! Ценят тут нашего брата-писателя, ох как ценят!
Я сел возле окна, занавешенного тонкой кисеей, и практически не смотрел в зал, больше времени уделяя рассматриванию сосен, чистых аллей и голубого неба. Потому и не заметил, как за мой стол подсел мужчина на вид лет шестидесяти, лицо которого украшали густые висячие усы.
– Здравствуйте, молодой человек! Можно к вам за стол пристроиться? – прогудел мужчина сочным басом, и я поднял на него взгляд.
– А у меня есть выбор? – хмыкнул я и пожал плечами. – Здравствуйте. Как говорится – не куплено!
Меня почему-то напрягло такое к себе обращение: «молодой человек». Есть в этом что-то уничижающее, покровительственное – вроде как умудренный жизненным опытом и, само собой, – гораздо более значимый человек снисходит до меня, убогого. Да и староват я для «молодого человека». Это только продавщицы в супермаркете могут назвать молодым человеком седого как лунь мужика и «девушкой» – пенсионерку, которая уже и забыла, когда была девушкой. Я как-то не выдержал и сказал такой кассирше: «Спасибо за молодого человека!» Впрочем – это был выстрел в пустоту. Она просто не поняла, глядя сквозь меня своими пустыми рыбьими глазами.
– Скажите, это вас заселили в номер люкс? – ничуть не смутившись от холодного приема, спросил мужчина.
– Меня заселили в номер люкс, – так же холодно ответил я и вздохнул: так хорошо было только лишь три минуты назад! Сочные пирожки с мясом! Горячий борщ! Картофельное пюре с подливкой и здоровенными двумя котлетинами – ну что может быть лучше для писателя, который, заправившись таким горючим, идет писать свою нетленку? И тут… какие-то дрязги на тему номера люкс! Я что, кому-то перешел дорогу? Занял номер, на который положили глаз лауреаты и депутаты?
– А почему вас поселили в номер люкс? – гнул свою линию мужчина, имени которого я не знал и знать, если честно, не хотел.
– Потому, что он был свободен, – выдал я чеканную истину, и мужчина возмущенно запыхтел:
– Ну вот как так?! Я лауреат премии Мордовии, а в номер, который я ждал, заселяют какого-то никому не известного человека! Ну вот, как вас звать, юноша?
– Вам сколько лет, папаша? – спросил я, в упор уставившись в лицо раздухарившегося лауреата.
– Мне пятьдесят пять лет! А какое отношение это имеет к делу?
– Мне пятьдесят. И что дальше?
– Вам пятьдесят?! – искренне удивился собеседник. – Никогда бы не подумал! С первого взгляда – вам лет сорок, не больше, а скорее – тридцать пять! Вы меня разыгрываете!
– Вам что, паспорт показать? – хмыкнул я, и под ложечкой у меня как-то тоскливо заныло. С одной стороны, это хорошо, что я тут помолодел лет на пятнадцать. А с другой – молодеющий у всех на глазах человек вызовет столько глупых и ненужных вопросов, что… я даже боюсь представить – что именно будет в дальнейшем. Может, начать обесцвечивать волосы? Седину себе делать? Или, наоборот, сбрить все волосы на голове и ходить лысым? Чтобы не было видно, как мой ежик становится черным вместо седого. Ох ты ж… вот проблема назрела!
– А покажите! – не унимался мужчина. – Приезжает неизвестно
