К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
с кем-то, кто был у нее до меня. Ведь кто-то же был у нее до меня? И кто-то научил ее сексу, которого в СССР, само собой, никогда не было!
А может, это моя снайперская паранойя. Перестраховка. Когда допускаешь любые возможные и невозможные опасности, даже нападение йети и звездных пришельцев.
Но все было не важно. Мне с Олей хорошо. Очень хорошо! Не любовь, конечно, но… тяготение плоти – это тоже что-то значит. Вот тянет меня к ней, и все тут! Больше, чем к другим женщинам. Наверное…
Уже когда мылся в душе, вдруг понял, почему меня так тянет к Оле. Она похожа на мою жену! Тип женщины такой же – стройная, крепенькая спортивная фигурка, небольшая грудь, карие глаза и короткая прическа. Ну вот чуть подправить, и… копия, да и только! М-да… странные пируэты выписывает подсознание.
Но меня и к Зинаиде тянет! Почему? Вот она как раз полная противоположность Оле – достаточно высокая, худощавая, почти худая, «ноги от зубов», глаза сине-голубые. Да и лицо другое. У Оли мелкие черты лица, она словно подросток, школьница… Тогда как Зина – воплощение строгой, холодной красоты, сияющей ледяными глазами.
Я с юности пугался таких холодных красавиц, потому что казалось, что я, такой мелкий и ничтожный, ни за что не буду ими замечен. А если и замечен, то лишь для того, чтобы надо мной посмеяться. У них свои мальчики – высокие блондины с разворотом плеч, как у чемпионов мира по плаванию. А я… убогая козявка – и на фиг им не нужен.
А может, это я сейчас наверстываю? Теперь я – тот… хм… с разворотом. И чувствую это. И хочу ЗАПРЕТНОГО, того, чего не мог попробовать в юности!
Ладно. Это все философствования, а мне пора и сваливать отсюда. Потом разберусь со своими женщинами. Женщинами?! Своими?! У меня что, их ДВЕ? Это когда Зинаида стала МОЕЙ женщиной? Она просто коллега. И ничего другого!
Кстати, придется ей отдавать долг. Нет, не денежный, хотя и это тоже – все-таки это ее деньги, она на меня не рассчитывала в своих тратах, но сделать так, чтобы она в старости не испытывала нужды, как испытали ее многие пенсионеры в девяностые годы, я просто обязан. Иначе свинья я, а не мужик. Она вытащила меня из психушки, сделала мне документы, поселила-прописала в своей квартире, кормит-поит, денег дает – считай, полностью взяла на обеспечение. Не знаю, что бы я без нее делал. Нищенствовал, наверное. В грузчики подался бы – а куда еще? Жить-то на что-то надо. Вагоны бы разгружал…
Завтракать не стал, хотя женщины меня уговаривали. Отговорился, что аппетита нет. Поцеловал Оленьку, и вперед, к победе… чего? Да хрен знает чего. Самому пока что надо устроиться, а потом уж победы устраивать.
Зинаиды дома не было. На обеденном столе стояли тарелки с бутербродами, чашка с кусочком лимона и сахаром внутри ее (столько, сколько я люблю) и записка:
«В холодильнике борщ и котлеты. С тобой, насчет работы, все решено – как ты и хотел. Ешь, отдыхай, потом поговорим. Буду вечером. З.»
Я тут же захотел есть, смолол пару бутеров с колбасой (сырой и копченой), пока грелся чайник. Потом налил в кружку кипятка и, прихватив тарелку с бутербродами, отправился в свою комнату. Этот день я решил посвятить прогрессорству. Письмецо буду составлять – куда надо!
– Представляете, Зинаида Михайловна, он как двинул этого гада – куда только нож полетел! А потом палками! Как барабанную дробь – трр! И ногой двинул – тот и полетел, как мячик! А потом ворвался в квартиру и всех остальных побил! Там ножи валялись! Все с ножами были!
– Что, прямо вот так, всех шестерых? – Ординатор Вася, аккуратный еврейский мальчик, выпятил нижнюю губу. – И все уголовники с ножами? Олечка. Ты что-то того… преувеличиваешь!
– Да, Оль… что-то уж больно фантастично! Илья Муромец какой-то, а не человек! Повел направо – улица! Налево – переулочек! Преувеличиваешь! Брешешь, в общем! – вмешался Петя, высокий белокурый парень, с которым у Оли некогда были отношения. Ну, так… на пару раз отношения. Ничего особенного. Просто тоскливо было, а он как раз под рукой! Вот и…
Ей не очень-то с ним и понравилось. Слишком грубый, бесцеремонный… валял, как куклу. Миша тоже обращается с Олей не как с хрустальным бокалом, но как-то по-другому, нежнее… и чувствуется, как он заботится о ней, о ее ощущениях. Даже сказал, что, если ей приятно, ей хорошо, тогда и ему гораздо приятнее!
Все-таки мужчина постарше заботится о женщине лучше, чем эти малолетние хлыщи! Дураки чертовы… и Петька болван!
– Дурак ты, Петя! – презрительно скривилась Оля, раскрывая историю болезни, которую ей положила на стол Зинаида Михайловна. – Он сильный… как настоящий богатырь! И быстрый, как тигр! И ничего не боится! И уж если на то пошло – и в постели лучше тебя раз в сто!
