К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
тельняшке и ловко перекинул нож из руки в руку. Было видно, что работать клинком он умеет – нож перелетал порхая как птичка, то в прямом хвате, то в обратном – со скоростью фокусника, или наперсточника, разводящего лохов. Аносов прикинул нож на руке, сделал им несколько косых машущих движений, и удовлетворившись, пошел на площадку.
Несколько секунд противники ходили друг против друга, фиксируя взглядом соперника, а потом ринулись вперед! Стук! Бряк, глухой удар! И оба отпрянули назад. Комбат слегка согнувшись – ботинок Аносова попал ему в живот, у Аносова на щеке небольшая царапина – похоже что ногтем зацепил, кулак комбата прошел совсем рядом. Не убери голову Акела – и точно бы получил в нос.
А вот клинки они оба сумели заблокировать. Неопытный противник, когда держит в руках нож, и когда перед ним стоит соперник с ножом – полностью фиксирует вниманием именно на оружии, что своем, что чужом. Забывая, что кроме ножа у человека хватает частей тела, который могут быть в бою не менее эффективны, чем стальной клинок.
Но эти бойцы ничего не забыли, и ни на чем не фиксировали внимание. Можно сказать, что они были практически равны по умению. И честно сказать – мне это не нравилось. Аносов по умению должен быть на голову выше обычного комбата, пусть и сильного, умелого бойца, но все-таки полевого бойца. Не такого ликвидатора, как Акела. Единственное, на что можно списать это дело – Аносов уже давно не тренировался, а каким бы ты ни был опытным бойцом – умения со временем все равно теряются. Тренировки, и только тренировки – вот залог успеха!
Соперники кружатся друг против друга…секунда, две…бросок! Треск бьющихся друг о друга деревяшек! Отпрянули! Комбат потирает грудь, Аносов плечо.
– Ничья! – констатирую я – Оба покойники! Тренировка, товарищи, и еще раз тренировка!
– Мда – вздыхает комбат – Что-то я жирком стал заплывать!
– Даа… – кивает Аносов – И я что-то…дохловат! Завтра потренируемся. Можете устроить нам спортзал? Чтобы ни бойцам не мешать, ни нам не позориться перед рядовыми. А наш инструктор нас потренирует. И ваших парней пригласим – комвзводов, комроты – если захотят. Пусть тоже поучатся.
– Сделаем. Спортзал у нас отличный! – кивнул комбат – И маты есть, и все, что нужно. А насчет наших инструкторов – было бы очень интересно узнать, чему научит ваш инструктор. Кстати, он нам сейчас ничего не продемонстрирует?
– С ножом? Без ножа будет противник? – спросил я, и комбат тут же предложил:
– С ножом. Головлев, попробуешь завалить этого шустрого парня?
– Запросто! Я с похмелья шибко злой! – ухмыльнулся капитан.
– Вот и давай! Не посрами свою лучшую роту! Кстати, товарищи, Головлев у нас лучший инструктор в батальоне. Специалист по рукопашному бою. Именно он готовит всех наших комвзводов, а уже они тренируют бойцов.
Ага…вот тебя и раскрыли, хитрый ты Сеня! Ты оказывается инструктор! Ладно, учтем. Подхватываю деревянный клинок размером со штык-нож, беру его обратным хватом. Головлев держит нож прямым хватом, перебрасывая из руки в руку. Похоже, он обоеручный боец – одинаково хорошо работает и правой и левой рукой. В свое время этим славился Денис Давыдов, тот самый, герой войны 1812 года. Давыдов был маленького роста, но при этом невероятно ловкий и быстрый. Один из лучших фехтовальщиков своего времени, обоеручный боец. Он мог драться двумя саблями одновременно с несколькими противниками. Гусар! Можно сказать – элита армии, спецназ того времени.
Идем на площадку. Комбат командует…Головлев не спешит лезть в драку. Кружит вокруг меня, время от времени делает выпады. Я жду нападения, а он все кружит, кружит… И тогда я перебрасываю нож в левую руку, выхватываю из кобуры пистолет и стреляю в землю рядом с Головлевым.
– Да пошел ты! Убит!
Сую пистолет в кобуру, поворачиваюсь, и мимо ошеломленного, с вытаращенными глазами капитана иду прямиком к Аносову – в кромешной, просто-таки могильной тишине.
– Товарищ генерал! Докладываю! Противник уничтожен! Потерь нет!
– Ха ха ха… – Аносов покатился со смеху – Ну, ты даешь! Застрелил-то зачем?
– А разве в условиях было сказано, что я не должен пользоваться имеющимся у меня оружием? У него нет пистолета, у меня есть – так какого черта я буду тыкать в него ножом, когда могу пристрелить?
– Ах-ха-ха-ха! – закатился комбат – Господи ты боже мой…это же комедия почище Луи Де Фюнеса! Говорит – да пошел ты! И бах! Парень, да тебе надо в кино сниматься!
Надо, точно! Только я засел тут, в Союзе, и сейчас дурака валяю вместо того, чтобы сыграть маленькую роль и нормально получить за это пятьсот тысяч баксов. Только говорить об этом нельзя – не поймут-с!
– Это нечестно! – сердито завопил Головлев – Предполагалось,
