К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
на посетителей этой женщины. Но судя по тому, что я слышал — она все-таки что-то умеет. Иначе…иначе не смогла бы собрать такую аудиторию. У меня есть теория на этот счет. По ней — вокруг Земли существует некое информационное поле, в которое отправляется вся информация, которую человек накапливал всю свою жизнь. Некий информационный банк. И если уметь к нему подключаться… Способности человеческого мозга до конца не исследованы, и есть теория, что мы использует только десять процентов его мощностей. Скорее всего, это ерунда, но…откуда берутся гении? Откуда — гениальные счетчики, или люди, которые помнят все, что услышали и увидели за всю свою жизнь? Кстати — я сам такой, не гениальный счетчик, нет — у меня абсолютная память. Так что я помню все, что читал или слышал. Вообще — все. Что касается предвидения…а вдруг информационное поле может проникать и сквозь время? И так можно считывать информацию на годы, десятилетия вперед? Кстати, дарю идею романа — напишите про человека, который после катастрофы вдруг начал видеть будущее! А ему никто не верил. Его называли аферистом, глупцом, преследовали, и…а вот не знаю, что дальше. Убили? Нет. У меня есть правило — главный герой никогда не умирает.
— А почему? — заинтересовался Аркадий.
— В самом деле, почему? — поддержал Борис.
— Я считаю, что после прочтения романа у человека должно быть хорошее настроение. И не признаю никаких оптимистических трагедий. Герой должен жить! И все тут. Могут умереть второстепенные герои, могут умирать герои третьего плана, но главный герой всегда жив! Человеку нужен позитив, неприятностей ему и в жизни хватает. Зачем портить настроение читателю?
Помолчали, потом Махров налил в бокал вина и жизнерадостно объявил:
— Давайте выпьем за то, чтобы все присутствующие жили долго! И чтобы в их жизни был только позитив!
Все выпили, я тоже. Потом Ольга наклонилась мне к уху и сказала:
— Я выйду с Ниной Викторовной…попудрим носик!
— Фи! — шепнул я — нельзя сказать: «Я хочу в туалет?» Какая пошлятина!
Ольга фыркнула и привстав, отодвинула стул. Женщины отправились по направлению к выходу, а разговор продолжился. И снова Борис Стругацкий:
— Вы вот обвинили нас в утере веры в светлое будущее коммунизма! Но ведь мы писали о мире Полудня, так как мы могли писать о том, во что не верим?
— Знаете…я думал об этом — вздохнул я — Вы описали такое карамельное, такое сладкое будущее, которое просто не может существовать. И оно, это будущее — всего в сотне-другой лет впереди! Я оставлю в стороне мысль о том, что человека нельзя изменить за какие-то две сотни лет. Вспомните — на сколько лет протянулась обозримая история человечества? Тысячи! Тысячи лет! И что? Человек изменился? Иван Антонович — это и к вам вопрос. Это ведь на вашей идее братья Стругацкие написали Мир Полудня. Что, за несколько тысяч лет человек сильно изменился? Только ростом повыше стал — потому что есть начали сытнее, а в психологии…ничуть он не изменился. За исключением отдельных экземпляров. Но исключения только подтверждают правила. Но речь сейчас не об этом. Вернемся к тому же миру Полудня — у меня ощущение, что вы довели идею коммунизма до абсурда. Дети, которые не видят родителей, живут в интернатах, не имеют своей воли в выборе не только профессии, но даже и увлечений — вы считаете это нормальным? Не верю. Вы умные люди. А значит, взяли идею коммунизма, довели ее до абсурда, показали, что будет, если коммунизм на самом деле восторжествует. Люди-винтики, люди-муравьи, роли которых расписаны навсегда, на века. И они ничего не могут изменить. Вы описали страшный мир. И значит — вы хотели показать его ущербность. А «Трудно быть богом»? Замечательный роман. Приключенческий, интересный — я обожаю сцену с Будахом, где Румата играет роль бога. И что видят читатели в этом романе? Справедливых, умных, честных прогрессоров, которые пытаются изменить общество на чужой планете, в чужой стране. Бескровно пытаются изменить. Гибнут, страдают… Вот только никто так и не задался вопросом: а кто их просил изменять это самое общество? С чего вдруг эти прогрессоры решили, что имеют право его изменять? Чего они туда лезут?! И в результате — кровь, смерть, гибель людей. Так и видятся комиссары, которые решили, что лучше знают, как жить людям в чужой стране. И пытаются изменить этих самых людей — не спрашивая согласия. А «Обитаемый остров»? Общество, которое там описано — это калька с советского общество. Пропаганда, которой промывают мозги, доносительство, низкий уровень жизни. Мир наизнанку, да? Массаракш! Повторюсь — ранние ваши произведения прославляли социализм, поздние — рассказывают, как плох советский строй. Вы искусно заплетаете так, что трудно найти концы веревочки,
