К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
себе бабу, заведите ребенка, и не одного — еще не поздно, черт подери!
— Да ну тебя к черту… — досадливо отмахнулся Аносов — С этой службой, какие бабы?! Где их искать?! Вот так и обхожусь…снами. Ладно, хватит об этом. Неинтересная тема. Где там твои чертовы ножницы. И да, давай чаю. И к чаю чего-нибудь, пирожков каких-нибудь. Один голый чай пьют только проклятые англичашки, а мы, русские, должны чай чем-нибудь заедать!
— Видите эту коробку? — я ткнул пальцем в обычную коробку из-под обуви — Сейчас подходите, суете в нее руку, и достаете листок бумаги с номером. Вначале идет тащить первый стол, потом — те, что слева. Без суеты, но быстро. Пошли!
Курсанты вставали, доставали листок, усаживались на места. Все заняло пять минут, не больше. Я заглянул в коробку, там остались два листка.
— Здесь остались два листка. Я отдам их двоим…потом, когда все будет закончено. Гадаете, что это за номера вытаскивали? Это номера тех людей, которых вы должны будете убить.
Я сделал паузу, осмотрел класс — курсанты сидели молча. У кого-то на лице ошеломление, у кого-то интерес, кто-то просто равнодушен, или кажется, что равнодушен.
— Итак, рассказываю: против вас выйдет человек, вооруженный пистолетом с восемью патронами и ножом. Вы должны будете его убить. Обязательно — убить. Никаких других вариантов. Он тоже постарается вас убить. Кстати, это может быть и женщина. Патроны в пистолете — ослабленные, но убить ими плевое дело. Или покалечить. Никакой защиты у вас не будет — кроме вашей ловкости и умения. Если мы вас зря тренировали, если вы не сможете победить обычного человека — значит, вы нам не подходите. Вопросы есть?
— Курсант Орел! Разрешите вопрос?
— Давай, Орел.
— А если он убьет? Ну…мой противник.
— Значит, ты плохо учился. Плохой боец. Напишем, что у тебя случился инфаркт, и актируем. Кстати — на помощь не рассчитывайте. Будут вас убивать — никто и пальцем не шевельнет, чтобы вам помочь.
— А женщины? Они что, тоже бойцы?
— Нет. Женщины — не бойцы. Но вы обязаны их убить. Не убьете, пожалеете — отчисление.
— А кто эти люди? — не унимался курсант.
— А вот этого я вам не скажу. И никто не скажет. Вам дан приказ — убить своего противника. Вы должны его выполнить, и не рассуждать — стоило убивать, или нет. Через час начинаем. Самурай, установи очередь. Начнем по возрастающей — у кого первый номер, тот первым и пойдет. Происходить все будет в тире. Все, вопрос закрыт.
Я повернулся и вышел из класса, взглянув напоследок в глаза Аносову. Тот коротко кивнул, мол, понял. Все организую.
Ночь заключенные провели в камере, спали вповалку, но ничего. Обошлось без эксцессов. Было две драки за место, но быстро затихли — не без участия охранников, отдубасивших толпу направо и налево. На охранников никто не напал — вид двух автоматных стволов, направленных на тебя из-за решетки (страховали), не очень-то разжигает желание побунтовать.
Заключенным никто ничего не объяснил. Привезли, «разместили», и…все. Они пытались задавать вопросы, но на них никто не отвечал.
В семь часов утра я спустился в «гауптвахту», поздоровавшись с молчаливыми охранниками, одетыми в полувоенную форму (что-то вроде ВОХРы), и остановившись перед решеткой, отгораживавшей камеру от коридора, не очень громко, но ясно и четко сказал:
— Все слушаем сюда!
Народ в камере зашевелился, ко мне обратились десятки лиц — заспанных, злобных, спокойных, взволнованных — разных лиц. И главное сейчас было — не увидеть в них людей. Потому что они теперь не люди, а «куклы». И нет им пощады. Здесь нет ни одного существа, заслуживающего жалости. Вон тот ублюдок забил всю свою семью молотком — родителей, сестру, брата. Чтобы остаться наследником и жить в свое удовольствие. Придумал историю, что в дом ворвались бандиты и всех убили.
Вон тот — грабил и насиловал женщин в городском парке. Он ударил девушку ножом — десять раз. Думал — не выживет. Но она выжила, выползла на дорогу и ее спасли. А еще — она описала его внешность. Потому его и взяли.
Этот — ходил по квартирам и грабил пенсионеров. Бил молотком по голове. Поймали совершенно случайно — соседка увидела, как он выходит из квартиры, подглядывала в глазок. А она его знала.
Вот этот — знакомился с женщинами, мечтающими выйти замуж. А на свидании у них дома — насиловал и душил. Ну и само собой — грабил. Вообще-то без «грабил» не обходится ни одно преступление. Главное заключено именно в этом слове — «грабил» — а маньячество, это уже потом.
Эти двое — банда, настоящая банда. Убили кассира, забрали деньги. Потом еще грохнули инкассатора, и тоже ушли с деньгами.
