К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
кафе и ресторанов. Наверное, из партийных органов пообещали, да? Берта Наумовна? Сколько вы уже ему перетаскали? Можете пока не отвечать. Но только — пока. Итак, зачем мы здесь? Чтобы заняться вашей судьбой. Мне интересно — можно ли из воровки, расхитительницы сделать нормальную бизнес-леди, которая станет заботиться о благе тех, кому оказывает услуги. Зачем мне это нужно? А считайте это моей блажью. Вот захотелось мне так! А заодно, с вашей помощью, мы почистим ряды партийных органов в Геленджике, а может и подальше от него. И милицейские кадры.
— Я все-таки позвоню в милицию! — очнулась Бородкина и стала набирать номер — Пусть разберутся, с какой стати вы приходите и меня пугаете! Вам это с рук не сойдет!
— Нам много чего сойдет с рук — угрожающе буркнул Аносов, нажимая на рычаг телефонного аппарата — Даже не сомневайся! Даже если я сейчас тебе сверну башку — нам и это сойдет с рук. Ты вообще кто такая? Ты чего о себе возомнила? То, что у тебя есть деньги, еще не значит, что ты бессмертна! Заткнулась, и сидишь, слушаешь человека! Он на самом деле приехал тебя спасти! А наверное — зря. Я вообще не понимаю его мотивов — одной ворюгой больше, одной меньше. Жаль, конечно, красивая баба — но «красивая баба» это еще не индульгенция от наказания! Ты что, нюх потеряла?! Только мы появились на пороге, ты уже должна была зачуять, что пришла твоя судьба! Расслабились тут…мать вашу в гробину крестину! Сидеть и слушать, пока башку не свернул!
Бородкина выслушала эту тираду с ледяным спокойствием, явно взяв себя в руки. Умная баба! Если сразу не убили, если в наручники не заковали — значит, чего-то хотят. А чего именно — в конце концов расскажут. Просто надо подождать.
Я полез в карман и достал оттуда блестящий никелированный шарик на цепочке. Из кожаной сумочки вынул заранее приготовленные препараты, положил на стол перед собой. Отсчитал несколько таблеток, развернул пакетик с порошком, посмотрел на Бородкину.
— Это все нужно принять прямо сейчас, Белла Наумовна.
— И не подумаю! — фыркнула она, и взгляд ее метнулся к двери. Сейчас она соображает, что нужно как следует закричать, и кто-нибудь прибежит на помощь. У них должна быть разработана система такой вот помощи — вдруг посетитель возмутиться и начнет буянить по поводу недовольства едой, или пьяный вдруг завалится. Пара дюжих грузчиков, которые совсем не грузчики — и вопрос решен. Хотя…это же советское время, не 90-е, сейчас все проще и нет такого беспредела. Вызвал наряд милиции — вот тебе и разрулили ситуацию. Никаких «крыш» и «стрелок».
— Помоги ей! — кивнул я Аносову, наливая стакан воды из графина, стоящего на краю стола. Бородкина раскрыла рот, чтобы крикнуть, завизжать, но только замычала — рука Аносова зажала ей рот. Потом рука слегка разжалась, чтобы отправить в рот таблетки, следом отправились полстакана воды. Бородкина защищалась отчаянно, дергалась, металась, но против двух тренированных здоровенных мужиков сделать ничего не могла. Куда ей даже против одного Аносова, а уж когда я подключился…
Дверь закрыл на ключ, теперь никто не сможет нам помешать. Бородкина билась минут десять, потом обмякла, расслабилась, и только таращилась на меня блестящими с поволокой глазами. Лекарства подействовали. И тогда я ее отпустил.
— Смотрите на шарик! Следите за ним! Вам становится спокойно, вокруг только друзья! Вам хорошо! Вы расслабляетесь, засыпаете!
Берта застыла, глядя перед собой безжизненным взглядом, и я облегченно вздохнул — всякое бывает, вдруг она оказалась бы устойчивой к гипнозу? Кстати — когда Зина производила надо мной подобные процедуры — она поставила ментальный барьер, и теперь меня нельзя загипнотизировать. По крайней мере — она так сказала, а я ей верю. Все-таки ученый с мировым именем, профессор! Или «ученая»? Ох уж эти правила грамматики…»директорша» — нельзя! «Ученая» — нельзя! «Профессорша» — тоже нельзя! А все почему? Потому что в прошлом женщине легче было пролезть через игольное ушко, чем стать директором, ученым или профессором. Вот и нет у этих слов женских вариантов. Ну я так думаю…так сказать мое расследование!
— Ты можешь подождать за дверью? — обратился я к Аносову, равнодушно наблюдавшему за происходящим — Без обид только, ладно?
— Ладно — так же равнодушно ответил Аносов, повернул ключ и вышел. Я видел, что друг слегка обиделся, но ничего мне так и не сказал — дисциплина! Я все-таки его начальник, командир, носитель гостайны высшего уровня. И я продолжил работу.
Минут через двадцать после того, как я начал сеанс, услышал за дверь голоса — мужские голоса. Мужчины были возбуждены, что-то почти кричали, но…скоро затихли. И снова воцарилась тишина. Наконец, я приказал:
— Сейчас я начну
