К литературной деятельности будущий писатель пришел неожиданно. По его признанию, ему всегда чего-то не хватало в жизни, и только в 2011 году, занявшись написанием фантастических рассказов по зову души и выложив в январе 2012 года на сайте Журнал «Самиздат» главы своей первой книги в стиле фэнтези, — Евгений понял, что нашел свое призвание.
Авторы: Щепетнов Евгений Владимирович
просто потрясающе.
Кстати, вопрос о том — надо ли вместе со мной быть и Ольге предварительно поднимался. В таких делегациях встречающих и провожающих лишних людей нет, и все места строго регламентированы. И кто такая Ольга, чтобы вместе с высшими чинами страны встречать президента США?!
Но вопрос уладился мгновенно после того, как секретарь Госдепа сообщил, что присутствие Ольги очень даже желательно — сам Президент осведомлялся, будет ли она на встрече. Так как очень понравилась и ему, и его супруге.
Самолет Никсона приземлился точно по расписанию. Мы с Ольгой стояли позади всей делегации встречающих и смотрели, как тяжелый боинг «Борт номер один» подруливает к предназначенному ему месту. Впереди стояли Шелепин и Семичастный, позади них — правительство во главе с несменяемым Косыгиным.
Я много читал о Косыгине, и знал — почему он несменяем. Ларчик открывался очень просто: среди бездарей-партийных функционеров он практически единственный заботился только об экономике страны. Он единственный РАБОТАЛ. Потому и пережил все политические дрязги, не влезая ни в какие политические коалиции и разборки. За редким исключением: например он поддержал смещение Хрущева, так как считал, что Хрущев пошел не Ленинским путем и ведет совершенно не туда.
А еще — он единственный из членов Политбюро не поддержал введение войск в Афганистан. Что в дальнейшем явилось причиной его практически полного разрыва с брежневской коалицией. Этого ему простить не смогли.
Косыгин был умнейшим хозяйственником, и собственно во многом благодаря ему экономика СССР оставалась на плаву — при всей ее ущербности и нежизнеспособности. Теперь, когда весь упор сделали на развитие экономики, Косыгин работал днями и ночами, пользуясь предоставленной ему возможностью делать то, о чем он мечтал всю свою жизнь. Фактически ему дали карт-бланш на рывок вперед — без ограничений и оговорок. Предварительно наметив путь — исходя из тех заметок, что я передал Шелепину. Это мне по секрету рассказал Семичастный в одну из наших с ним встреч. И я был очень рад, что Косыгина не затронули наши бурные реформы.
Министра иностранных дел я особо не знал. Поставили его министром — да и ради бога. Как тем более замов. Не интересовался этим народцем в свое время. А то, чем я не интересовался, о чем не читал — как я могу это знать? Я ведь к мировому банку знаний не подключен…
Двигатели боинга ревут, пыль по аэродрому несется — ковровые дорожки едва не сдувает. Вот же показуха! На кой черт нужны эти дорожки?! Без них нельзя, что ли?!
Толпа встречающих — человек сто. Плюс почетный караул, плюс оркестр. В общем — несколько сотен человек кроме тех, кого не видно. А кого не видно? Снайперов, конечно. Плюс незаметные люди, коими наводнили весь аэропорт и прилегающие территории. Ведь все может быть — в том числе и провокации со стороны…кого? Ну…какого-нибудь ГКЧП, к примеру. Тех, кому не понравились реформы.
Двигатели боинга в последний раз взревели и начали затихать. Турбины свистели все тише, тише…и вот уже совсем не слыхать. Трап подкатил к борту, дверь в самолет открылась — после паузы в несколько секунд. И вот — по трапу спускается президент США! Нет, не так — Президент Соединенных Штатов Америки! Уважу, все-таки не какая-то там банановая странишка с опереточным диктатором. Эта страна всосала в себя столько мозгов, что хватит их на весь мир. «Дайте мне усталый ваш народ…» — как там написано на статуе Свободы? Дали. Вот и живут теперь нашими усталыми народами…
Следом за президентом, чуть сзади — Пэт Никсон. Практически не изменилась со времени нашей последней встречи, такая же элегантная, с дежурной, но вполне сердечной улыбкой на лице. Без Первой Леди такие визиты нежелательны.
С Шелепиным была его жена Вера Борисовна, о которой я не знал практически ничего, кроме того, что она была учительницей, на год младше мужа, и что любили они друг друга всю жизнь. Вера Борисовна пережила мужа. Внешне ничем не примечательная брюнетка в кремплиновом костюме, она вела себя сдержанно, спокойно, как и подобает Первой Леди советского руководителя. Не лезла вперед как горбачевская жена, но и не тушевалась. Быть женой генсека это тоже работа. Хотя в СССР и не принято выпячивать своих жен. Жена советского руководителя должна всегда быть в тени мужа и оттуда не вылезать. По крайней мере, до Горбачева существовало именно такое правило.
Мы с Ольгой наблюдали за происходящим из самых задних рядов, как бедные родственники, и честно сказать я чувствовал себя гостем на абсолютно чужой свадьбе. Зачем я здесь? Кому я тут нужен? Сидел бы лучше в своей квартире, да начитывал новые страницы книги. Какого черта я тут торчу?
Но все изменилось буквально в считанные
