Что случится если и так отмороженные на всю голову «Коршуны» перестанут испытывать страх? Насколько опасней станут выходки Балагура? И можно ли теперь Листику давать в руки взрывчатку? Насколько сильно раздуется самоуверенность Мажора? Кто знает? Известно лишь одно, жизнь бандитов станет еще труднее. Если останется им эта самая жизнь. Милосердием «Коршуны» никогда не страдали.
Авторы: Соколов Вячеслав Иванович
Привалил к стеночке, об которую и проломил им черепушки, чтоб не падали. Красота, ну как живые. Вон и кофеёк не расплескался даже. И закрыв дверь в которую вошёл, приблизился ко второй. После очередного удара, на вскрик слегка надавил на дверь, чтоб приоткрыть под шумок, вдруг скрипнет. Нет, всё нормально, не скрипит. В щёлку открылась нелицеприятная картина. Привязанный к деревянному креслу, за запястья и лодыжки Разин, довольно сильно избит. Всё лицо в крови, видно, что бьют просто ради процесса и делает это женщина. Хотел уже вмешаться, но тут она заговорила, подозрительно знакомым голосом:
— Ну что вы упрямитесь, генерал? Скажите пароль.
— Я не могу, — сплюнув кровь, прошептал Разин, — вы же знаете, что у меня стоит блок.
— Конечно знаю, — смеётся, — не даром же, ждем специалиста по взлому.
А вот этот смех точно знаком. Руслан наморщил лоб, пытаясь вспомнить. Точно! Лида Спирина — одногруппница. Кажется, многое становится на свои места. Придётся генералу немного потерпеть… Ибо сейчас она вполне может сболтнуть что-нибудь лишнее, хотя и расслабляться нельзя.
— Бить связанного человека просто так не комильфо, я же не маньячка. А так задаю вопросы, вы не отвечаете, — удар в живот. — Так что насчёт пароля, генерал?
— Зачем? — выдыхает сквозь зубы Разин.
— Не нравитесь вы мне, — Спирина улыбается и, взяв от стены стул, садится на него задом на перёд, сложив руки на спинку. — Жену вот с дочерью не пожалели, упирались.
— Я же всё рассказал, — гневно выплёвывает Разин.
— Ну надо было сразу говорить, а не рассказывать, что будет со мной когда за вами придут. Никто не придёт, генерал. Все думают, что вы мертвы. Да и там, знаете ли, — показывает пальцем вверх, — такие сейчас проблемы, что не до вас. Смешно сказать, не одного спецназовца под рукой, я вот тоже в другой звёздной системе на задании. А хотите знать, почему я во всё это ввязалась? — раздаётся довольный смешок.
И тут откуда-то сверху раздался взрыв гранаты, произошедший где-то в доме, Спирина вскочила, уронив стул, следом громыхнул взрыв, это взлетела на воздух казарма. А Лида уже лежала лицом в пол, закатив глаза. Ей очень не повезло, она ещё немного поживёт.
Отвязывая генерала, Рогожин слушал отчёты бойцов. Самое скверное, что молчал Мажор. Хотелось верить, что это просто рация вышла из строя… А граната? Ну мало ли… Сигнал решил подать.
Выглянув за угол, обнаружил ещё одного охранника, стоящего как раз возле двери с заложницами и ему было абсолютно всё равно, что я тут расхаживаю. А нет. Поторопился с выводами. Когда до него оставалось около двух метров, то он неожиданно обернулся в мою сторону и даже попытался вскинуть автомат. Нет, мне определённо не нравится данная ситуация. Что тут происходит? Я для кого собственно маскируюсь? И куда этот труп девать? Да собственно чего изобретать-то? За дверь его.
При взгляде на дверь, сразу становится понятно, что за ней кого-то держат. Металлическая, со здоровой щеколдой и закрывающимся окошечком по середине. Так-так, а что это за мужской голос за дверью? Это уже не хорошо, это можно сказать опасно. Заглядывать в смотровое окно не рискую. Точно звякнет. А значит тот, кто внутри, будет предупреждён.
Вешаю, автомат на плечо, в правую руку пистолет, ей же хватаю труп за ремень, и слегка наваливаю его на себя. Типа стоит и даже сам ходит. Меня-то не видно. Ну и зашёл. Всяко будет несколько мгновений на то, чтоб осмотреться.
Зухра с мамой сидели, обнявшись, возле стены, а на стуле посреди комнаты сидел какой-то здоровый, черноволосый мужик. Оглянувшись на вошедшего без спросу охранника, а со стороны это выглядело именно так, нахмурился и, облизнув губы, плавным и невероятно быстрым движением метнулся к Зухре. Схватив её, прижал перед собой, приставив к горлу нож, по пути пнув в живот мать Зухры, которая попыталась удержать дочь.
— Это кто же у нас такой дерзкий? — хриплый голос бандита неприятно царапнул нервы.
Молчу. Может, он с трупом разговаривает. Даже кивнул его головой, в смысле трупа. Дескать да, жутко дерзкий.
— А ты смотрю с юмором, — скалится, сверкая на меня серыми гляделками. — Отпусти аккуратно труп и учти, попытаешься выстрелить, я под пулю её голову подставлю. А учитывая то, как ты маскируешься, должен знать, что это возможно. Так что давай, без глупостей или убью девку, — надавливает на нож, Зухра приподнимается на цыпочки, но кровь всё равно выступает и тонкой струйкой бежит по шее. — И можешь не напрягаться с маскировкой, на меня это не действует.
Самое отвратительное, что он не врёт. Хотя вопрос с пулей немного не однозначный. Он верит,
